storm100 (storm100) wrote,
storm100
storm100

Categories:

Очень плохие бизнесмены_часть вторая

Очень плохие бизнесмены_часть первая

Как «Первый» относится к пропаганде в новостях




«Мы не получаем указаний — нас иногда просят подсветить что-то», — говорил Эрнст в интервью журналисту Евгению Левковичу. Главной задачей телевидения в разговоре с Financial Times Эрнст называл мобилизацию страны, и только второй — информирование.


В июле 2013 года в новостном сюжете Первого канала о кандидатах в мэры Москвы были перечислены лишь 5 из 6 кандидатов. Канал забыл про оппозиционера Алексея Навального, который тоже отдал все необходимые документы в Мосгоризбирком. Навальный ни разу не появлялся в эфире телеканала. О том, что Навальный в «черном списке», говорил ведущий канала Владимир Познер.

То, что в эфире Первого почти нет оппозиционных политиков, Эрнст объяснял собственными предпочтениями и тем, что сам не считает их политиками.

Больше всего обвинений в недостоверности Первый начал получать с 2014 года, с начала конфликта на Украине. В июле 2014 года в итоговом выпуске новостей женщина, якобы бежавшая из Славянска, рассказывала, что при ней казнили маленького сына и жену ополченца. Телеканал «Дождь» и издание Slon.ru не смогли найти в Славянске доказательств или других свидетелей убийства. Через несколько недель ведущая Первого Ирада Зейналова признала, что доказательств у канала действительно нет. Эрнст до сих пор относится к этой истории очень болезненно и в личных беседах объясняет это тем, что стажер новостной службы просто не проверил информацию, говорит его знакомый.

В ноябре 2014 года в программе «Однако» Михаила Леонтьева был показан «сенсационный снимок», который якобы зафиксировал пуск ракеты из-под крыла предположительно украинского истребителя МиГ-29 в кабину пилотов малазийского «боинга». Издание BuzzFeed News разыскало авиаэксперта Джорджа Билта, который прислал этот спутниковый снимок. Он сказал, что нашел снимок на одном из форумов и в письме предупреждал об этом, а также отмечал, что не может подтвердить подлинность. Американец заявил, что был шокирован, когда увидел эфир Первого канала. «Эти ребята либо совсем отчаянные, либо полные непрофессионалы», — сказал Билт. В интервью The New Yorker Эрнст утверждал, что это было ошибкой: «Да, мы люди, мы допустили ошибку, но не нарочно».

В марте 2014 года на Первом вышел сюжет о массовом бегстве украинцев в Россию, в котором, по данным Newsru.com, был показан КПП между Польшей и Украиной.

Многие сотрудники Первого уверены, что Эрнст по возможности старается не давать в эфир совсем некачественных пропагандистских сюжетов, которые спускают из администрации президента, — на этом в разговоре с «Медузой» настаивали два топ-менеджера канала и еще один бывший сотрудник, работавший непосредственно с Эрнстом. «Например, в 2008 на НТВ в передаче «К барьеру» писательница Мария Арбатова спорила с правозащитницей Валерией Новодворской, стоит выпускать по УДО беременную Светлану Бахмину из колонии или нет, — вспоминает один из них. — Это шоу сначала предлагали сделать нам, но Эрнст отказался».

«Но если разногласия есть — то они по форме, а не по сути, — уточняет собеседник на «Первом». — Канал все-таки отстаивает более тонкую подачу той же самой пропаганды».


Эта жертва имеет все меньше смысла: число людей, которые смотрят новости на Первом, постоянно падает. Если в 2014 году рейтинг программы «Время» был около 11%, то в 2019 он упал до 7%.




В среднем выпуск новостей на Первом в 2018 году смотрели 2,8 миллиона человек в городах с населением больше 100 тысяч человек, подсчитала компания Mediascope по просьбе «Медузы». Для сравнения: в ноябре 2019-го у сайта РБК было 2,6 миллиона заходов (данные Similarweb.com). А дневная аудитория «Яндекс.Новостей» — 7 миллионов человек (данные «Яндекс.Радара»).

Однако интернет для чиновников менее понятен. Если у телеаудитории есть единый измеритель — все та же компания Mediascope (контролируется государственным ВЦИОМом), то в интернете счетчиков много — есть данные самих площадок, есть счетчики Google, Яндекса, LiveInternet, Rambler. Администрация президента, например, пыталась собрать данные по онлайн-просмотрам прямой линии Владимира Путина в июне 2019 года, но толком оценить аудиторию не получилось, рассказывали источники «Ведомостей».

Чтобы разобраться с интернет-статистикой, Роскомнадзор разработал законопроект о едином госсчетчике для интернета. Единым измерителем может стать тот же Mediascope. «Конечно, государство будет и дальше тратить деньги на пропаганду. Но оно хочет делать это максимально эффективно, там же неглупые люди сидят. Может выясниться, что при сопоставимом охвате то же самое можно доносить до граждан дешевле, чем через Первый канал», — рассуждает собеседник «Медузы», знакомый с процессом подготовки законопроекта. Впрочем, это будет проблемой не только Первого, а всех федеральных каналов, говорит он.


Канал без Малахова и монополии

«Новости сиюминутны и эфемерны, а творческая сфера — это что-то более глубокое. Это может остаться в человеческих умах навсегда», — рассуждал Эрнст в беседе с журналистом The New Yorker. И хотя Кремль уделяет пристальное внимание новостям, сериалы и фильмы можно делать практически без ограничений, говорил он.

После 2014 года ограничения на творчество наложили деньги. Последние пять лет канал живет в режиме экономии. С 2015-го по 2017 год от него почти не было заказов на новые сериалы, рассказали «Медузе» трое подрядчиков канала. В эфир шло то, что было куплено про запас и лежало на полке, — например, так вышел сериал «Инквизитор», говорит продюсер, работавший с каналом. Вместо двух премьерных серий в прайм-тайм канал несколько лет показывал одну. В летний сезон на экраны идут в основном повторы. На канале начали даже отрезать титры у сериалов — чтобы увеличить рекламное время, которое можно продать. «Ни денег ни славы не оставили», — смеется один из продюсеров.

«Уже не было такой свободы — мол, давайте выдадим что-то новое и небывалое в эфир. Каждый формат обсуждался очень жестко. Каждый концерт резался на три части, потому что было понятно, что это даст цифры и забьет эфир», — описывает происходившее на канале его бывший сотрудник.

Сериалы, которые снимались по заказу Первого, начали выкупать НТВ и ВГТРК. Например, сериал «Балабол», первые сезоны которого шли на Первом, теперь выходит на ВГТРК. Сериал «Скорая помощь» с Гошей Куценко вышел на НТВ, хотя снимался для Первого, говорит собеседник на Первом канале (впрочем, изначальная договоренность с Первым была устной, оговаривается он).

На фоне всего этого у Первого канала начали падать рейтинги. В 2016 году его обогнал канал «Россия 1», после чего Первый так и не поднялся обратно на первую строчку (до этого канал терял лидерство лишь однажды, в 2012 году, и оспаривал достоверность этих данных).


Глава ВГТРК Олег Добродеев и директор Первого канала Константин Эрнст. 9 февраля 2015 года


«Для Эрнста это был удар — Первый всегда был первый, а тут — ой — и в политическом вещании отстали, ой — и в кинопроизводстве», — говорит бывший сотрудник одной из дирекций канала. К тому же в 2017 году с Первого на ВГТРК перешел популярный ведущий Андрей Малахов: вместо шоу «Пусть говорят» он стал вести у конкурентов ток-шоу «Прямой эфир».

Вдобавок ко всему российское телевидение уже несколько лет переходит на цифровое вещание. В этом году в России запустили второй мультиплекс из десяти развлекательных каналов — они теперь доступны по всей России, даже там, где раньше показывали только Первый канал и ВГТРК. «Цифровое вещание — это разрушающая история для Первого канала, — говорит собеседник «Медузы», близкий к администрации президента. — Раньше по всей стране на огромном количестве территорий только один-два канала и принимали. При такой структуре было понятно, что Первый канал — стратегический вопрос. Сейчас у нас 20 федеральных каналов по всей стране, и Первый теряет и долю, и значимость».

Даже на пресс-конференции премьер-министра Дмитрия Медведева 5 декабря 2019 года впервые присутствовали представители сразу 20 телеканалов, включая развлекательные СТС и ТНТ. Раньше в этом событии участвовали не больше пяти журналистов, а до 2012 года — и вовсе только три федеральных канала — Первый, «Россия» и НТВ.

Развлекательные каналы наравне с федеральными теперь могут даже претендовать на государственные деньги — в этом году Минфин предложил компенсировать им расходы на оплату вещания (а это 13 миллиардов рублей в год) за счет средств из нацпрограммы «Цифровая экономика».






Шейнин против Соловьева

Начиная с 2014 на прежде довольно аполитичном Первом канале стало больше политических ток-шоу. Бывший шеф-редактор программы «Вести» на ВГТРК Дмитрий Скоробутов называл такую причину изменений: «Как-то его [Эрнста] вызывали в Кремль и сказали: в эфире мало политики. Он говорит: «Политика — это ВГТРК». Нет, говорят, Костя, или ты перекраиваешь сетку вещания и в эфир выпускаешь политические ток-шоу, или мы тебя заменим».

Собеседник на Первом канале говорит, что Кремль ни при чем, просто в 2014 году начали резко расти рейтинги политических ток-шоу. Первые строчки в политическом вещании занимали в основном НТВ и «Россия 1»: первое место в 2014 году было у «Новых русских сенсаций», а «Поединок с Владимиром Соловьевым» поднялся на второе место с 18-го.

Скандальные политические ток-шоу — действительно не конек Эрнста, признает собеседник на Первом. Чтобы как-то догнать конкурентов, заместитель Эрнста, бывший руководитель политдепартамента ЦИК партии «Единая Россия» Андрей Писарев, придумал делать политические шоу по технологиям программы «Окна» — тема разговора серьезная, а язык уличный, рассказывает один из подрядчиков канала. Так на канале появились «Первая студия» и «Время покажет» с Артемом Шейниным. «Там в студии эмоции, крик, ругань на серьезные темы. И все это в дневное время — там, где раньше стояла программа «Давай поженимся», — говорит собеседник «Медузы».




https://www.youtube.com/watch?v=jiMw5X49BwU&feature=emb_logo
Фрагмент программы «Время покажет» на Первом канале


Новости на Первом Канале

«У руководства был в ходу термин «оручесть». Боссы так и спрашивали про новых экспертов: «А он оручий?» Если базар-вокзал в программе — значит эфир задался, если же они худо-бедно друг друга дослушивали: один закончил, другой продолжил — все, эфир — говно, все переключили — на нас вопили начальники и Шейнин. Откуда у них такое видение, я не знаю, но редактор получал выговор, если его гость не орал», — рассказывал редактор программы «Первая студия». Рейтинги политических ток-шоу Первого с момента запуска росли, в 2018 году Шейнин и его «Время покажет» даже догнали Соловьева, но в 2019 опять начали отставать.

У рекламодателей политические ток-шоу не так популярны, как развлекательные, говорит собеседник в крупном рекламном агентстве. «Может, для политической рекламы это и подходит, но все остальные этого сторонятся», — говорит он. При этом объем политической рекламы в России слишком мал: в 2016 году, когда проходили выборы в Госдуму, он составил всего 1,7 миллиарда рублей с учетом радио, прессы и наружной рекламы. Из-за того, что контент Первого — это «гремучее месиво» из политики, развлечений и «Вечернего Урганта», канал теряет популярность у рекламодателей, считает собеседник «Медузы».

«Хотя в 2018 году выручка Первого от рекламы по-прежнему оставалась самой высокой среди других каналов, интерес рекламодателей к нему действительно снижается, если судить по отношению доли в деньгах и доли аудитории (показатель Power Ratio)», — говорит директор российского офиса ECI Media Management Дмитрий Кураев. Если в 2013 году у Первого было 20% рекламных денег, то в 2018 — всего 14%. В этом году их станет еще меньше — в первом полугодии рекламные бюджеты на телевидении упали на 9%.

Но компенсировать потери канала государство не спешит.


Что делать с Первым?

5 мая 2019 года около 19:00 на взлетной полосе в Шереметьево при посадке загорелся самолет Sukhoi Superjet компании «Аэрофлот». Погиб 41 человек. «Было воскресенье, и из администрации президента звонил [Алексей] Громов. Требовали, чтобы в эфире этого не было, — вспоминает сотрудник Первого канала. — Эрнст ругался, говорил, что это уже есть на всех информационных лентах, и Первый должен это выпустить, потому что глупо не выпускать. Больше никто из каналов не возбухал. Но когда разрешили Первому, разрешили и всем остальным — мол, почему им можно, а нам нельзя?» В итоге сюжеты о катастрофе почти одновременно вышли на Первом и на «России 1».

Подтвердить этот рассказ «Медузе» не удалось. Собеседник, близкий к администрации президента, заверяет, что у кураторов с Эрнстом обычно проблем не было. Но отношения у Эрнста с Громовым действительно исторически напряженные, отмечают собеседник «Медузы» на Первом и топ-менеджер другого эфирного канала. «Громов, конечно, Эрнста не любит. Добродеев сто раз все взвесит и промолчит, а Костя — альфа-самец, он может ляпнуть что-то, не подумав. Вот Громов его и давит. И в деньгах тоже», — уверен еще один медиаменеджер, близкий к администрации президента.

«Есть версия, что каналу в том числе из-за этого так сложно получить деньги от государства», — соглашается собеседник на Первом. На протяжении последних лет Эрнст вместе с Громовым ходили в Минфин обсуждать финансовую помощь Первому каналу, вспоминает собеседник, близкий к министерству. Но беседы эти в основном ни к чему не приводили. «Первый канал просто операционно неэффективен, — объясняет источник, близкий к Минфину и знакомый с ходом переговоров. — Они снимают передачи и не ставят в эфир, у них заоблачные косты. К самому Минфину потом будут вопросы — почему мы дали на это деньги».



Студия программы «Вечерние новости» на Первом канале в телецентре «Останкино». 31 марта 2015 года
Михаил Метцель / ТАСС


Ежегодно канал получает субсидию на распространение в городах с населением меньше 100 тысяч человек — это 4-5 миллиардов рублей, с переходом на цифровое вещание в 2019-м — 1,3 миллиарда рублей. Эти деньги сразу же уходят на оплату услуг ФГУП «Российская телевизионная и радиовещательная сеть».

Кроме этих денег Первый канал получал с начала 2000-х поддержку всего три раза — во время кризиса. Первый раз — 3,5 миллиарда рублей в 2015 году; в 2017-м и 2019-м государство выделило Первому 3 миллиарда рублей и 2,5 миллиарда рублей соответственно «на закупку контента». Часть денег ушла на покрытие старых долгов. Для сравнения, ВГТРК последние три года получал из бюджета по 25-26 миллиардов рублей с учетом субсидии на распространение (правда, на эти деньги ему нужно содержать телекомпании в регионах, канал «Культура», три радиостанции и «Россию 24»).

Комментировать финансовое положение Первого канала в Минфине отказались, переадресовав вопрос в министерство связи. Из опубликованного ведомством в сентябре проекта трехлетнего бюджета стало известно, что Минфин предложил выделить каналу новую субсидию в 6,5 миллиарда рублей в 2020 году (на два следующих года субсидии не заложены). Для стабилизации финансового состояния каналу нужно от государства 46 миллиардов рублей до 2025 года, говорилось в докладе PwC, заказанном Первым.

В Минфине к каналу относятся как к бездонной бочке, вздыхает собеседник, близкий к Первому. «Никто не понимает, во сколько канал обойдется, учитывая аппетиты Эрнста», — говорит он. Но деньги, которые получает Первый, не покрывают даже ежегодных затрат на новости, жалуется собеседник на «Первом». «Очень сложно объяснить государству, что если не завернуть наши пропагандистские новости в шоу «Голос», мультфильмы и нормальные сериалы, их вообще никто не будет смотреть», — возмущается сотрудник Первого.

«Канал вернул часть долгов, но все равно до сих пор должен большинству подрядчиков, и они стараются с ним не связываться», — говорит директор одной из студий, работавших с Первым. Сколько именно долгов канал сумел вернуть, неизвестно: на самом Первом канале отказались давать официальный комментарий «Медузе».

Сейчас Первый находится в подвешенном состоянии: должно решиться, нужен ли в стране второй общенациональный канал с большим объемом информационного и общественно-политического вещания, говорит собеседник, близкий к администрации президента. Если нужен — придется придумать новую схему финансирования, добавляет он.

«Вариантов несколько: или государство закроет все долги, или выкупит акции, сделав канал полностью государственным, — рассуждает собеседник «Медузы», близкий к телеканалу. — Есть еще вариант с банкротством, но кто будет банкротить Первый? Разве что заставят экономить на всем». Еще один вариант, который обсуждается — объединение с ВГТРК [в один холдинг], говорит собеседник «Медузы». Замминистра связи Алексей Волин, впрочем, заявил «Медузе», что такой вариант не рассматривается.

«Государство же как считает? Денег не даем, а новости Первый канал показывает. Значит, эффективно работаем. Эрнст же последние два года находится в прострации из-за долгов. Но все еще старается всем улыбаться и пытается договориться, — говорит знакомый Константина Эрнста. — Вот если бы он в какой-то момент «Лебединое озеро» в прайм-тайм включил, может, дело пошло бы быстрее».


Автор: Анастасия Якорева
Редактор: Петр Лохов
08:00, 18 декабря 2019
Источник: Meduza




Tags: «Необучаемые», «Холопы на Руси», ЗомбоЯщик, Пропагандонам СлавА!
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo nemihail 14:00, вчера 30
Buy for 20 tokens
Удивительно тонкий киношный троллинг, в определенный момент фильма у людей появляется стойкое отвращение к нетрадиционным связям, однако возникает оно именно в самом конце, когда ваш мозг буквально вывернут наизнанку. История про нарушение не только личного пространства, но и... (фото: Яндекс…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments