storm100 (storm100) wrote,
storm100
storm100

Культура запрета.

Предварительные итоги патернализма в России


Номер исторического журнала «Дилетант», на обложке которого изображены Адольф Гитлер и Иосиф Сталин.


Перестраховка становится доминантой общественного поведения. Любое решение регулируется боязнью чего-то не запретить

В книге «Изюм из булки» Виктор Шендерович вспоминает позднесоветскую быль: член Политбюро ЦК КПСС Арвид Пельше в 1981 году пришел на Гостелерадио – инспектировать детский хор. Дети спели весь бравурный репертуар, дошли до известной песни Шаинского. Пельше, однако, велел убрать ее из праздничного концерта – из-за строчки «раз дощечка, два дощечка – будет лесенка». «Раз дощечка, два дощечка – будет гроб!» – строго сказал товарищ Пельше.

Механизм изнашивания тоталитарной системы не до конца изучен, но, вероятно, возрастающая абсурдность запретов в культуре – один из его симптомов. Начиналась советская культура, как мы помним, с вселенских претензий, – с преобразования Земшара и исправления природы человека, – а закончила, условно, придирками к детской песенке. В 1969 году секретарь Московского горкома партии Алла Шапошникова, курировавшая культуру, едва не запретила спектакль «Разгром». Ее смутило, по словам Марка Захарова, что в спектакле партизанским отрядом руководит «некто по фамилии Левинсон» – хотя роман Фадеева считался тогда каноническим, его проходили в школе. Подобные «мелочи», по воспоминаниям современников, были бичом 1970-х – 1980-х: сто, двести вот таких же замечаний к пьесе или к фильму – обычный счет цензуры на излете советской власти. Никто уже не понимал смысла претензий, никто не пытался вычислить логику запретов – было только усиливающееся ощущение абсурдности происходящего.


Принципы запрета

Нынешний гибридный режим гораздо более адаптивен, но главной культурной новостью сегодня опять становится не сам факт искусства, а попытка его запретить в той или иной форме. Несмотря на все разнообразие, эти запреты можно свести к нескольким базовым принципам.

Во-первых, мы наблюдаем общую архаизацию культурного опыта. Поначалу претендуя на научность, авторы экспертизы творчества певца Егора Крида (эксперты аккредитованы при Роскомнадзоре, их вердикт был опубликован на сайте ведомства) очень быстро сползают к обвинениям в масонстве, сатанизме и мистицизме: «Яркий представитель агрессивной антироссийской субкультуры рэперов, несущей антиценности сатанизма через музыку российской молодёжи». Материалы этой экспертизы, правда, удалены с сайта, но ее можно целиком прочесть тут. Почти в тех же словах характеризуют в миссионерском отделе Челябинской епархии новый голливудский фильм «Джокер» – там выход фильма называют деструктивным «оранжистским» фактором, в добавление к празднованию Хэллоуина.

В случае с пропагандистской травлей филолога Гасана Гусейнова (который у себя в блоге размышлял о том, что в России не всегда умеют пользоваться богатством собственного языка, а также игнорируют богатства других языков) можно говорить, в свою очередь, о банализации культурного опыта. Причину критического высказывания профессионала массовое бессознательное мгновенно, уже без предисловий, объясняет «пятым пунктом», и суть конфликта вскоре ужимается до простой формулы «Азербайджанец оскорбил русский язык».

Один из крупнейших московских книжных магазинов, «Молодая гвардия», отказывается продавать новый номер журнала «Дилетант», на обложке которого изображены Сталин и Гитлер (это репринт известной американской карикатуры 1939 года). Сотрудникам самарских школ, ведущим служебную переписку, приказано срочно отказаться от использования зарубежных мессенджеров и перейти на отечественные. Перестраховка становится доминантой общественного поведения; любое решение регулируется страхом – боязнью чего-то вовремя не запретить. Запрет сегодня – самое надежное, самое рациональное поведение, а также знак лояльности. Это также можно назвать бюрократизацией культуры.

В основе всеобщего запретительства, впрочем, лежат и более глубокие, психологические причины. «На месте бога образовалась пустота» – говорил Батай, описывая ситуацию европейской культуры начала ХХ века. Собственно, на месте прежней советской тотальности после 1991 года тоже образовалась пустота, и она требует заполнения. Самой массовой формой заполнения этого вакуума по-прежнему является иррациональное словесное буйство. Чистым примером такой немотивированной деструкции является летняя атака русскоязычных пользователей на инстаграмы зарубежных знаменитостей. Вначале пострадали аккаунты Леди Гаги (ей мстили за то, что она якобы разрушила брак Брэдли Купера и Ирины Шейк) и Леонардо Ди Каприо (его умоляли спасти Байкал). Затем комик Гарик Харламов предложил новый флешмоб: «Я пока не придумал зачем, но давайте [докопаемся] до какой-нибудь мировой знаменитости». Предложил начать со Сталлоне и перепутал его со Шварценеггером. Харламов назвал флешмоб «Русской кибератакой».

«Не знаю зачем, но давайте докопаемся» – это точное описание коллективной постсоветской травмы. Сознание мечется, не находя себе выхода. Запрет – так же, как и «докапывание» – является бессознательной попыткой нащупать опору для расстроенного сознания, собрать себя «заново» – за счет символического разрушения других. Это два модуса постсоветской культуры: яростное высмеивание чужого – и яростное же отрицание любой критики в свой адрес, которая мгновенно маркируется как провокация или оскорбление.


Экономический тупик

Заметим, что архаизация, банализация и бюрократизация являются не более чем стилистическим оформлением экономического тупика самой модели патерналистской культуры в России. В конце октября Министерство культуры опубликовало список кинокомпаний, которые не вернули возвратную часть государственных средств: министр Мединский назвал этот список «доской позора».

Советская риторика (доска позора и прочее) призвана на самом деле убедить нас, что все дело в личной непорядочности или нерадивости продюсеров. Но основная причина «нерадивости» на самом деле та же, что и в советское время – у участников рынка нет мотивации ни зарабатывать, ни побеждать. Благодаря почти безальтернативной государственной системе финансирования на российском кинорынке, по сути, отсутствует реальная конкуренция идей – и исполнителей, – что демотивирует всех участников. Как при советской власти боролись не с причиной (принципом уравниловки), а с последствиями (тунеядцами и прогульщиками), так и нынешняя система поначалу готова идти на любые риски ради мифической идеи «вытеснить Голливуд», но в случае неудачи строгим голосом требует «вернуть деньги». Не понимая, что успех в массовых жанрах возможен только при относительной свободе творчества, что в свою очередь гарантируется наличием независимого рынка и политических свобод. Разовый успех блокбастеров вроде «Т-34» напоминает практику всесоюзных ударных строек, ради которых напрягались все силы и средства.

В самом широком смысле это – результат непонимания самой природы и функции культуры в современном мире. Культура, особенно массовая, Голливуд – это сегодня, в первую очередь, моделирование будущего, во всех возможных его формах, в том числе и безумных, и абсурдных. Культура есть пространство проективного, говорил культуролог Даниил Дондурей. Фильм «Джокер» занимает первые места в российском прокате, потому что там есть и критика современного мироустройства, и проговаривание коллективных травм и фобий – то, в чем нуждается массовый зритель. Ту же функцию выполняет и неподцензурный рэп, и неподцензурный диалог в сети. Это и есть сегодня «работа культуры».

В России культура понимается только как хранение и реактивация одних и тех же идей из прошлого. У нас культура вынуждена воспроизводить саму себя – при этом еще и ориентируясь на вкусы начальства. Это в итоге приводит к архаизаии, банализации и бюрократизации универсального культурного опыта. Кроме того, в отсутствие конкуренции у культуры атрофируются инстинкты выживания. Все это – тихий итог провала гибридной стратегии в экономике и культуре, попытки создать очередное «полу-нечто», скрестив социализм и капитализм. В итоге культура сегодня «сходит с ума», начинает отрицать самое себя – превращаясь в культуру запрета. На 2019 год пришелся подлинный расцвет этой культуры в России.



Андрей Архангельский
Журналист
8 НОЯБРЯ 2019




Tags: «Ручное управление», Злоба дня, Культур-мультуР, РазмышлизМЫ
Subscribe

Recent Posts from This Journal

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments