storm100 (storm100) wrote,
storm100
storm100

Categories:

«Очень скоро будет город-призрак»_продолжение

«Очень скоро будет город-призрак»_начало


Четырехкомнатная квартира за 50 тыс. рублей

Отток населения из Воркуты привел к тому, что здесь девальвировалась одна из главных ценностей современной России — недвижимость. «Четырехкомнатная квартира; площадь 59,3 квадратного метра; 4-й этаж в пятиэтажном доме. Цена 55 тыс. рублей. Недорого, потому что так захотел собственник», — гласит объявление о продаже самой дешевой квартиры в Воркуте, опубликованное на Domofond.ru. Следом предлагается трехкомнатная квартира на улице Авиационной площадью 70 кв. метров за 70 тыс. рублей.



Улица Ленина — центр Воркуты, или «красная линия», как ее называют местные. Здесь расположены основные магазины, учебные заведения, театр, мэрия и здание «Воркутаугля», поэтому днем здесь оживленно
Иван Маслов / Znak.com



На сервисе Avito.ru на текущий момент опубликовано 689 объявлений о продаже квартир в Воркуте. Тут цены выше, самая дешевая квартира выставлена за 250 тыс. рублей. Она находится почти в центре возле Шахтерской набережной, которая тянется вдоль реки Воркута. Это трехкомнатная квартира на третьем этаже панельной пятиэтажки по улице Дорожной площадью 70 кв. метров. Самое дорогое предложение на Avito.ru — четырехкомнатная квартира в кирпичном доме на улице Ломоносова «с евроремонтом» за 2,5 млн рублей. Между домом на улице Дорожной и домом на улице Ломоносова 700 метров.

«Цены на недвижимость начали понемногу даже расти. Газовики начали сюда ездить, военные приехали, и люди быстро сориентировались», — рассказывают в Воркутинском бюро недвижимости. Впрочем, это справедливо только для самого центра Воркута вокруг улицы Ленина и квартир с ремонтом. В среднем однокомнатные квартиры в городе стоят сейчас в районе 200 тыс. рублей, двухкомнатные около 400-500 тыс. рублей, трехкомнатные 600-700 тыс. рублей, четырехкомнатные — 800. Абсолютное большинство предложений не переваливает за 1 млн рублей.

При этом центр Воркуты производит неплохое впечатление. Недавно здесь открыли торговый центр «Мир», есть свой драмтеатр, кинотеатр, с прошлого года пришли торговые сети — «Магнит», «Пятерочка», «Эльдорадо». Работает несколько ресторанчиков и кофеен. Впрочем, и здесь то тут, то там в глаза бросаются заколоченные окна брошенных хозяевами квартир, пустующие здания закрытых за ненадобностью детских садов и школ.

В поселках, расположенных по Воркутинскому кольцу, квартиру могут и подарить. «Во многих домах просто бросают квартиры. У меня был случай — звонит незнакомый номер. Там мужичок какой-то, сказал, что проживает уже давно в «средней полосе», а на поселке у него квартира стоит, за которую приходится платить. И нужно было ему от квартиры избавиться. Продать не может, она никому не нужна. Спросил, что делать. Я говорю: слушай, мужик, найди алкаша с паспортом и подари ему квартиру, только проставься сначала. Проходит месяц-полтора. Звонок: «Все получилось»», — рассказывает пример из жизни Тищенко.




Заброшенные здания страдают от пожаров, которые начинаются иногда случайно, а иногда — специально, как, подозревают жители, в спортзале бывшей школы № 16 Вокруты
Иван Маслов / Znak.com


По словам Гурьева, в Воркуте вместе с поселками сейчас стоят брошенными 155 домов. «Только разобрать их — это 200 млн рублей по затратам. Еще 700 млн рублей уйдет на рекультивацию земель. Я часто слышу: «Сносите!». Мне самому не нравится, что они стоят. Это неправильно, когда наши дети смотрят на всю эту разруху и привыкают к ней. Но это деньги на ветер! В прошлом году мы снесли два четырехэтажных дома на Энгельса по федеральной программе. Один дом снести — 1,6 млн рублей. Так вот, у меня выбор: или направить 1,5 млн рублей на строительство детских площадок, ремонт дорог и латание крыш или снести один дом», — говорит глава горадминистрации.

Продавать высвобождающиеся здания тоже пытались. За 2 млн рублей ушло здание «ПечорНИИпроект» в центре города. Сейчас там располагается офис местного отделения ЕР, кое-какие офисы и магазинчики. За 4 млн рублей продали кирпичное здание закрывшейся школы № 16 на улице Ломоносова. Новый собственник так и не придумал, как его использовать. Сейчас это руины, которые периодически горят, и один раз там уже кончали жизнь самоубийством.


«Собака с миской в одной квартире, сам — в другой»

Помимо брошенных и стремительно превращающихся в руины домов в Воркуте есть, как кажется, самый большой в России фонд пустующего муниципального жилья. По словам сити-менеджера Гурьева, на текущий момент он составляет 5,1 тыс. квартир. Все они подключены к теплу, электричеству, воде. Только на их теплоснабжение из бюджета города приходится ежегодно выделять до полумиллиарда рублей.

Часть этого маневренного фонда пытаются использовать для расселения малозаселенных домов. Программа реализуется на субсидии из бюджета региона, но вызывает у местного населения много вопросов, а нередко и раздражение. «На переселение 81 семьи в Воргашоре и 32 семей в Северном республика выделила 50 млн рублей. Деньги идут на ремонт жилья. Надо 113 квартир. Получается, 466 тыс. рублей тратят на ремонт одной квартиры. Это какая же глупость?! За 460 тыс. рублей можно в городе купить приличную квартиру и ничего не ремонтировать. Зачем ремонтировать здесь за 460 тыс. рублей квартиру, если ее цена на рынке от 30 до 50 тыс. рублей? На мой взгляд, кто-то просто отмывает деньги на этом», — возмущается пенсионер Жарук.



Школа № 32 в Воргашоре закрылась недавно. Крепкое большое кирпичное здание могло бы прослужить еще несколько десятков лет, уверены местные жители
Иван Маслов / Znak.com


«Насколько я знаю, стоимость ремонта квартиры была заявлена в 370 тыс. рублей. Для этого они брали брошенные квартиры. Закупили оптом сантехнику, батареи, двери, пластиковые окна. Их всегда можно снять и перепродать потом. Потолок лепили пластиковой потолочной плиткой. Это дешевле даже, чем штукатурка. На стены нашли бумажные обои, а-ля 1990-е. Они уже отваливаются от стен. Мы считали. Сам ремонт вместе с материалами и работами выходит не больше 100 тыс. рублей, а остальное куда делось?» — почти вторит его словам Витман.

Оба собеседника недоумевают, почему, используя пятитысячный фонд муниципального жилья, власти не могут «закрыть вопрос по поселкам», переселив жителей кольца в город. «Что касается этих обвинений в неэффективном использовании средств. Переселить людей из поселков мы не можем. В законе четко звучит, что предоставляются квартиры только в том же самом населенном пункте», — парирует Игорь Гурьев. Из всех поселков Воркутинского кольца только Советский де-юре является районом города. Все остальные — самостоятельные населенные пункты. В мэрии думают о расширении городской черты. Это позволит обойти законодательные ограничения.



Часть домов люди покидают из-за того, что они начинают разрушаться. Вот эта четырехэтажка, как заверил общественник Жарук, до выезда последнего жителя была включена в программу капремонта.
Иван Маслов / Znak.com


При этом чиновник оперирует своими цифрами: «По Воргашору мы переселили из малозаселенных домов в центр поселка 160 семей. Благодаря этому отключили от коммуникаций восемь домов. Экономический эффект за 12 месяцев — почти 20 млн рублей. Сейчас занимаемся расселением поселка Цемзаводского. Из 80 оставшихся там семей 40 уже получили ключи. Там тоже будет экономия».

У сити-менеджера есть свой набор удивительных историй о неэффективном расходовании бюджетных средств: «Весной приехали на Цемзаводской. Стоит практически пустой многоквартирный дом. От отопления не отключен — еще живут люди. Заходим в подъезд. На первом этаже в брошенной, но отапливаемой трехкомнатной квартире живет собака с миской. Несколькими этажами выше, в другой квартире, живет ее хозяин. Больше никого. Спрашиваем, почему так. Ответ: «Мне так удобно». Я понимаю, что им так хорошо. Но надо понимать и то, что за содержание остальных квартир платит бюджет, то есть жители города из своего кармана».


Не вымирание, а регулируемое сжатие

Гурьев сетует, что люди часто не могут понять тонкостей современного российского законодательства и межбюджетных отношений. «Сразу требуют предоставить им сертификат [на переселение]. Приходится каждый раз объяснять, что это федеральная программа».

Вымиранием происходящее в Воркуте чиновник стремится не называть: «Вымирающие — не очень корректный термин. Звучит так, как будто здесь все плохо и никакой инфраструктуры. Мы называем это регулируемое сжатие. Воркута медленно уплотняется до тех параметров, при которых город будет работать стабильно».

По мнению главы администрации, «регулируемое сжатие» остановится после закрытия всех «неперспективных поселков», когда численность населения достигнет отметки в 50 тыс. человек.


В администрации города говорят, что происходящее с Вокрутой — это не умирание, а «регулируемое сжатие»
Игорь Пушкарев / Znak.com


«Берем чисто математически. На градообразующем предприятии «Воркутауголь» сегодня работает приблизительно 7 тыс. человек. Эту цифру надо умножать на три. У многих есть жены и дети, у кого нет, есть две любовницы. Итого 22-23 тыс. жителей. Далее. Здесь находится большая группировка Минобороны РФ. На РЛС 500 человек, две части разведки. В городе должна быть инфраструктура: садики, школы, здравоохранение, коммунальная сфера, транспорт, магазины. Соответственно, люди, кто все это обслуживает. Далее, мы никуда не уйдем без прокуратуры, полиции, ФСБ. Если все посчитать, мы примерно подойдем к цифре 50 тыс. населения», — объясняет Гурьев.

К середине разговора собеседник достает с соседнего стола склейку из нескольких десятков страниц. Как оказалось, в августе этого года президент России Владимир Путин дал поручение разработать программы экономического развития территорий Крайнего Севера. Один из пилотных проектов решили отработать на Воркуте. В руках у Гурьева «проект проекта» — рабочий вариант программы, которую необходимо представить на утверждение к середине декабря. Если ее поддержат, то «регулируемое сжатие» закончится в ближайшие четыре года. Цена вопроса — 15 млрд рублей. Гурьев надеется, что их ему даст Федерация.



Недавно «Лукойл» отказался от единственной заправки возле Воргашора из-за нерентабельности. Сейчас ее держит местный предприниматель, но жители поселка считают, что работать ему осталось недолго
Иван Маслов / Znak.com


Текущий бюджет Воркуты составляет 3,5 млрд рублей в год. При этом собственных доходов лишь 1 млрд рублей. Все взносы градообразующего предприятия, АО «Воркутауголь», составляют лишь 20 млн рублей в год (до вычета НДС, добавляют в мэрии). Остальные налоги и сборы организация платит в вышестоящие бюджеты.

Дойдя до финансовых вопросов, собеседник с воодушевлением начинает рассказывать о новых детских площадках, благоустройстве и бюджете на ремонт дорог, который в следующем году им удастся довести до небывалых еще 160 млн рублей. «Лишь бы лета хватило на все это. Оно у нас полтора месяца всего», — сетует Гурьев.

Глушков вспоминает, что в бытность Гурьева начальником местной налоговой в Воркуте пытались поднять собираемость налогов. Это обернулись оттоком бизнесменов, которые предпочли перерегистрироваться в другие регионы. «Малого и среднего бизнеса здесь нет. Ему тут нечего делать. Есть микробизнес. Но с приходом федеральных продуктовых сетей сократился и он», — говорит единоросс.


«Света фар» хватит до 2037 года

В том, что именно федеральные власти, Москва и Путин, должны определить, каким будет будущее Воркуты, в городе уверены все. «Люди сейчас здесь обозлены. Большинство с алюминиевой тарелки последнюю похлебку доедает. Считают каждую копейку — то ли носки купить, то ли трусы, то ли кусок масла. И это на Крайнем Севере! Здесь не вина местных властей и, наверное, не нежелание республиканских властей. Чтобы этот город сохранить, должно быть решение на федеральном уровне. Это именно в Москве, в России, должны решить — нужен город Воркута или не нужен», — призывает Тищенко. «Если нужен, то давайте развивать. Допустим, как форпост в Арктике. Если второй вариант, то людей отсюда надо вывозить и не заставлять их дальше терять свое здоровье в условиях этого климата», — поддерживает его Глушков.

Очень много у воркутян вопросов к владельцу угольного промысла — ПАО «Северсталь». Здесь до сих пор не могут забыть советскую систему, при которой градообразующее предприятие несло ответственность за все происходящее в городе — содержали дворцы культуры, спортивные объекты и собственные колхозы. «На данный момент это предприятие, которое мы называем градообразующим, никакого отношения к городу не имеет. Как минимум последние пять лет они планомерно отказываются от социальной нагрузки, проще говоря, градообразующее предприятие отказывается от города. Что будет с ним — надо в первую очередь спрашивать сейчас у Мордашова», — считает Глушков.



Антон Глушков считает, что олигарху Алексею Мордашову, владеющему угольными шахтами, неинтересно вкладываться в их развитие
Иван Маслов / Znak.com


«Мордашов купил это все здесь за три копейки, грубо говоря. И держит сейчас «Воркутауголь» как свою грядку. Вместо того, чтобы идти на рынок и покупать этот уголь, как петрушку, по рублю за килограмм, он здесь берет его по 16 копеек. Пока грядка дает петрушку, она ему интересна. Но вкладывать в развитие, чтобы расширить и удобрить эту грядку, на мой взгляд, у него особого желания нет», — высказал Жарук популярные в Воркуте мысли.

У него для претензий есть свои основания: «Я сюда, на Рудник, приехал из Украины в 1979 году геологом. Это было 40 лет тому назад. Тогда в геологии здесь было около 20 тыс. человек, а сейчас просто 20. Последний толковый угольщик у них Аркадий Шепунов. Все, некому вести поиск!». Дальше он вслух произносит то, о чем в кулуарах давно уже шепчутся многие российские геологи: «Почему закрылась геология? В 1991 году пришли к власти «дерьмократы», я по-другому не могу их назвать. Они сказали: «На наш век хватит». И правда, когда мы работали в геологии, у нас благодаря съемкам и поиску было разведано запасов примерно на 50 лет вперед. Все пробурено, все просчитано, все в архивах». Сейчас эти наработки, по словам пенсионера из Воргашора, практически исчерпаны.

«Здесь самая молодая шахта — «Воргашорская». Через месяц ей исполняется 44 года! Раньше считалось, что шахта в среднем вырабатывается за 50 лет. Это проектная мощность. Получается 6-7 лет — и по-хорошему все!» — продолжил Жарук. В подтверждение своих слов он ссылается на выступление гендиректора «Воркутаугля» Сергея Лихопуда на прошедшей 22 октября в Сыктывкаре «Стратегической сессии — Арктика-2035»: «Лихопуд тогда сказал коротко. До 2035 года будет все нормально, а после все будет [хреново]. Разведанных запасов угля у них есть только до этого срока, дальше угля нет».


Шахта «Комсомольская» — одна из четырех работающих шахт в окрестностях Вокруты
Иван Маслов / Znak.com


«В ближайшее время мы рассчитываем увеличить объемы добычи угля. Мы вряд ли сможем вернуться к тем объемам, когда мы работали пятью шахтами (до взрыва «Северной» объединение добывало до 13 млн тонн угля в год), но увеличить сегодняшние показатели, а это 9-10 млн тонн в год, мы планируем», — заявил в ответ на это пресс-секретарь ОАО «Воркута» Андрей Харайкин.

Сейчас на шахте «Воргашорской» добывают энергетический уголь, используемый как топливо котельными «Т-Плюс». На шахтах «Воркутинской», «Комсомольской» и «Заполярной», а также на Юньягинском открытом разрезе возле поселка Северного добывают коксующийся уголь для производства концентрата, который весь без остатка потребляется «Северсталью» («Воркутауголь» покрывает 85% потребности металлургического холдинга в топливе).

По словам Харайкина, стратегический бизнес-план компании рассчитан до 2037 года. «Дальше он пока не расписан. Но мы ведем геологоразведочные работы на двух участках. Это юго-западный блок шахты «Воргашорская». На него у нас серьезные планы. Это один из крупнейших наших проектов, на который мы планируем потратить 10 млрд рублей. Второй участок это Нижнесырьягинское месторождение (в 5 километрах за поселком Северный — Znak.com). Уже сейчас можно сказать, что месторождение пригодно для отработки открытым способом, что удешевляет себестоимость этого угля», — разъяснил Харайкин.


В здании «Воркутаугля» заняты все девять этажей. Отсюда координируется работа шахт. Чтобы войти внутрь, нужно пройти тестирование на алкогольное опьянение
Иван Маслов / Znak.com


При этом официальный представитель «Воркутаугля» уверяет, что три другие шахты предприятия «не разом закончат работать в 2037 году» — «какая-то раньше, какая-то позже». «То, что в 2037 году мы тут все закроем на клюшку, говорить было бы неверно. Честно говоря, в нынешних условиях меняться что-то может каждый год. Мы планировали с шахты «Комсомольской» перейти к пластам затопленной «Северной» в 2020 году. Но сейчас отложили эти планы до 2023 года, так как выяснилось, что на самой «Комсомольской» можно еще что-то взять. То же самое по «Воргашорской», ее запасы были просчитаны до 2023 года. Теперь появился инвестпроект, и мы продляем ее жизнь до 2030 года. И так меняется каждый год. 2037 год — это та конечная точка, которую видно отсюда. Как вы едете на машине и это место, докуда хватает света ваших фар», — пояснил собеседник.


«Можем принимать по два Boeing с иностранными туристами»

Десять лет назад в Воркуте делали ставку на строительство газопровода Ухта — Бованенково (проект «Газпрома» по транспортировке газа с ямальских месторождений). Это возможность диверсификации экономики моногорода. Но местное население на эту стройку брали скупо — надо платить «северные», 80% плюсом к окладу. Для ряда субподрядчиков из числа воркутинских предпринимателей, по словам Антона Глушкова, эта история закончилась банкротством. «Все думали, раз газовики, то никого не кинут. В итоге — миллионы непогашенных долгов. А потом еще и налоговая навешала по принципу субсидиарной ответственности за долги по налогам и сборам», — объяснил бизнесмен, не слишком углубляясь в подробности.

Сейчас многие смотрят в сторону военных. На окраине Воргашора строится новейшая радиолокационная станция «Воронеж-М» с дальностью слежения 6 тыс. километров. «Чтобы немного «за бугор» смотреть», — смеется Тищенко. В самом Воргашоре откуда-то уже точно знают, что 26 июля 2022 года новейшую РЛС прилетит открывать лично Владимир Путин. К этому моменту всех оставшихся жителей поселка переселят на «большую землю», в город Воронеж, где для них якобы уже строится новый квартал. А оставаться в самом Воргашоре будто бы будет нельзя из-за «эффекта микроволновой печи», который создаст станция слежения.



На краю Воргашора военные строят мощную радиолокационную станцию «Воронеж М», которая, как боятся жители поселка, превратит территорию возле их домов в «большую микроволновку». Пока же недалеко от станции перегоняют оленей.
Иван Маслов / Znak.com


Есть еще туризм и народные промыслы, включая оленеводство, но они не позволяют создать достаточное количество мест, чтобы трудоустроить всех. «С [главой Коми Сергеем] Гапликовым разговаривали как-то раз, и он мне говорит: «Я был вчера на поселке Советском, аэродром военный видел. И я вижу, что этот аэродром может принимать по два Boeing с иностранными туристами». Я его спросил: «А показывать-то что будем? Разрушенные поселки?» — иронизирует Тищенко.

По мнению Глушкова, альтернатива работе на шахтах «Воркутауголь» в Воркуте появиться, только если начать добычу других полезных ископаемых, которых вокруг города также немало. «Еще при СССР проводились изыскания, вся карта утыкана крестиками. Это драгоценные металлы, редкоземельные металлы, руды, нефтяные залежи в сторону Ямала. Нужна воля государства, чтобы все это начать добывать и перерабатывать, уходя от принципа моногорода», — говорит собеседник.


Когда-то в Воркуте пытались строить новые, нетиповые дома. Этот для РЖД с двухуровневыми квартирами
Иван Маслов / Znak.com


Бывший геолог Жарук его поддерживает. По словам пенсионера, в бассейне реки Усы, в которую впадает Воркута, есть месторождения рассыпного золота с содержанием металла 45-47 грамм на тонну породы (сейчас разработка считается рентабельной при содержании 4 грамма золота на тонну). Кроме того, Жарук упоминает про залежи барита, который крайне востребован в нефтяной отрасли и химической промышленности. Этот собеседник также уверен, что освоение новых горнодобывающих сфер также невозможно без санкции государства, а пока ее нет, уголь будет оставаться для Воркуты кормильцем.

«Вывод один — надо менять систему»
Согласно официальным данным, в самом АО «Воркутауголь» сейчас работает порядка 6 тыс. человек. Еще 6 тыс. человек работает у подрядчиков. По словам пресс-секретаря объединения Андрея Харайкина, новички проходят обучение за счет предприятия. Для них предусмотрена стипендия в 40 тыс. рублей. Потом их распределяют на вспомогательные участки, где зарплата колеблется от 50 до 100 тыс. рублей. Когда появляются нужный опыт и навыки, можно перейти на основные участки, там можно заработать до 120 тыс. рублей в месяц. В среднем по объединению зарплата сейчас составляет 70 тыс. рублей.

Машинист горных выемочных машин с шестого добычного участка шахты «Комсомольская» 41-летний Александр Македонский, с которым мы познакомились через Харайкина, в целом подтвердил эти цифры. Мужчина говорит, что его зарплата за последний месяц составила 110 тыс. рублей и он считает предприятие «Варкутауголь» «стабильным предприятием».



Шахтер Александр Македонский (справа), контакт которого подсказали на «Воркутаугле», пришел на встречу с другом. После смены, по рассказам мужчины, он занимается своим делом — массажем
Иван Маслов / Znak.com


Как оказалось, Македонский переехал в Воркуту с родителями в 1985 году из знаменитого своей историей украинского города Измаил. В 1993 году семья мужчины вернулась обратно. На родине Македонский пытался учиться на военного моряка, но бросил. Говорит: «Не мое». В 2014 году вернулся в Воркуту, решив пойти по стопам отца и стать шахтером. Параллельно работает массажистом, недавно открыл даже свой кабинет. В целом шахтер-массажист не производит впечатление замученного жизнью человека.

Хотя и у него есть претензии к месту, где он сейчас живет. «Город с 1990-х серьезно поменялся, добавилось больше разрушенных зданий. Жалко очень. Я сам был с Комсомольского поселка, красивый был поселочек. Считаю, что город с его финансами может и получше выглядеть», — говорит Македонский. Претензий к владельцу объединения «Воркутауголь» у него нет, скорее к местной власти: «Купите хорошие качественные краски и перекрасьте город. Поменяйте окна, дороги сделайте. Увидите, что тогда будет. И мест, куда можно пойти с детьми, посидеть и отдохнуть, мне лично не хватает. Не хватает кинотеатра, детского развлекательного центра».

С карьерой шахтера Македонский намерен завязать «через девять лет». Хочет перебраться в какой-нибудь большой город: «Детям надо развиваться дальше. Здесь этого нет. У меня сестра живет в Питере, там дети очень хорошо развиты».




О том, насколько жизнь Воркуты зависит от угольных шахт, говорит здание управления АО «Воркутауголь», расположенное в сердце города, напротив мэрии. Когда-то начальник предприятия был фактически главой города, его называли «генералом»
Иван Маслов / Znak.com


Его коллега-шахтер с «Воркутинской», 27-летний Игнат Баскаков (данные изменены), оценивает происходящее и в городе, и на объединении «Воркутауголь» куда более скептически. «Смотри, мне 27 лет. Я здесь родился и вырос. Учился в четырех школах — они все закрыты! Я служил год в армии, посетил пять частей — все они закрыты! В стране, которая, как нам говорят из телевизора, самая сильная и богатая, такое разве может быть? Мне кажется — нет! Ладно бы, если бы что-то одно закрыли, а другое построили. Но такого не происходит», — говорит собеседник.

«Воркута очень скоро будет город-призрак. К этому все идет. Город на первом месте по убытию людей, и это только официальная статистика, которая реальность не догоняет. Чтобы город жил, его надо развивать. Запасов угля здесь — добывать и добывать. Так постройте здесь хотя бы одну новую шахту, и уже ситуация поменяется. Постройте две новые шахты — все, город оживет!» — говорит Игнат.

При этом он уверен, что новых шахт никто строить не будет, и считает, что через несколько лет Воркута рискует потерять еще одну шахту — «Комсомольскую». «Нам внушают на предприятии — «безопасность превыше всего». Но это только картинка. Меня оштрафовали за то, что вышел из ламповой без защитных очков, а через три дня «взлетела» «Северная». Думаешь, не знали, что там метан зашкаливает? Как бы не так!

Давай, чтобы было всем понятно. Есть четвертый пласт — это самый жирный, вкусный уголь. Его, с одной стороны, попыталась разрабатывать «Центральная» — в 1998 году она «взлетала». Потом, с другой стороны, его попробовала взять «Северная». Она «взлетела» в 2016 году. Сейчас с третьей стороны туда гонят народ с «Комсы». Она и так самая старая и глубокая из угольных шахт в мире. Глубина выработки — больше километра. И это уже риск взорваться, так как у нас чем глубже, тем больше метана и угольной пыли. Так ее еще и гонят на четвертый пласт! А взорвется «Комса» — тут вообще можно будет все остальное закрыть сразу. На «Воргашорской» только энергетический уголь, он для металлургии не подходит и «Северстали» не нужен», — разъяснил молодой шахтер.



Первооткрыватель Воркутинского угольного месторождения Георгий Чернов. Памятник расположен рядом со зданием АО «Воркутауголь»
Иван Маслов / Znak.com


Однако сам он бросать все и уезжать из родного года не планирует: «Какой смысл? То, что у нас в стране сейчас повсеместно происходит, позволяет сделать только один вывод — надо просто менять систему. Мы сейчас живем, добивая то, что построено при СССР. И это надо быть полным дураком, чтобы этого не видеть. А что дальше, что достанется нашим детям? Вот это по-настоящему страшно. Жаль только, что люди предпочитают молчать. Недавно у нас три взрослых мужика в шахте обсуждали «Битву экстрасенсов». Когда ты это слышишь, то точно понимаешь, что что-то пошло не так».

Глава администрации Воркуты Игорь Гурьев также не намерен покидать город. Он собирается участвовать в конкурсе на должность главы города, который скоро должен объявить горсовет. В 2015 году, когда Гурьев только пришел в мэрию, в его декларации значился доход в 2,4 млн рублей. В 2016 году он вырос до 5,1 млн рублей. В 2018 году чиновник задекларировал доход в 9,6 млн рублей.



В кабинете главы администрации Воркуты висят картины из музейного фонда. Самому музею, несмотря на огромное количество пустующих помещений, здание так и не нашли.
Иван Маслов / Znak.com


До него в Воркуте так же живо обсуждали только доходы бывшего гендиректора компании «Северсталь-менеджмент» (ей принадлежали угольные шахты Воркуты) Вадима Ларина. Он получал 6,8 млн рублей в месяц. В ноябре 2016 года, после взрыва на шахте «Северной», ему при увольнении была выплачена компенсация в 156,7 млн рублей. После этого Ларин перебрался в Лондон, реализовав на практике мечту воркутинских шахтеров заработать и улететь отсюда в счастливое будущее. Правда, все это происходило на фоне уголовного дела о взятках, которые получало руководство местного управления Ростехнадзора, Гострудинспекции и горноспасательной части за попустительство при проверках соблюдения норм безопасности на объединении «Воркутауголь».



Игорь Пушкарев,Иван Маслов
11.11.19. 19:00




Tags: "Писдетс", НЕЕДИНАЯ РОССИЯ, Хроника распада страны...
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Признай: ты там, где ты хочешь быть…

    Альтернативное мнение на то, почему плохо живется: Обычнo кoгда челoвек плoхо выпoлняет свoю рабoту, он вoзмущается: «А вы знaете,…

  • Что делать?...

    Россия, к моему большому сожалению, не готова ни к демократии, ни к экономическому развитию. Большинству общества, включая значительное…

  • Стабилизец

    Доля бедного населения в России (доход ниже половины медианного дохода) даже немного выросла за время «стабильности» - с начала 2000-х…

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments