storm100 (storm100) wrote,
storm100
storm100

Свобода и вседозволенность

Пока российские пропагандисты рассуждают о крахе мультикультурализма на Западе, в Лондоне полным ходом строится неоимперия.


Отказ от предрассудков позволяет стать столицей мира.
© Фото Дмитрия Губина

Если бы я был русским богом (сравнимым по могуществу с тем, кто, по Пушкину, прогнал Наполеона из страны), то своих соотечественников загнал бы в Лондон. На полгода или хотя бы на месяц.

У меня такой опыт был: я когда-то в Лондоне полгода работал, а совсем недавно месяц там отучился — шлифовал английский, а вместе с ним и представления о своем месте в мире. И об устройстве мира тоже. Лондон для этого как нельзя более подходит.

Например, после Лондона перестаешь говорить глупости типа «Запад признал крах мультикультурализма». Какой тут крах, если вон — индусы в чалмах (есть целый район, где все надписи на хинди), а вон — дамы в хиджабах или вообще наглухо закрывающих тело одеждах (по-английски это будет burka), а вон — ортодоксальные евреи с пейсами и в кипах, веревочки от нижних рубашек видны из-под лапсердаков (или как там они называются).

Еще после Лондона перестаешь повторять, как дурак, что «свобода не значит вседозволенность», потому что тут свобода как раз и означает вседозволенность. Послушать Вагнера в королевский Альберт-холл приходят и в бриллиантах, и в шортах (те, кто в шортах, еще и притаскивают коврики для йоги, чтобы лежать на галерее). У ирландского паба в Килбурне объявление приглашает на пятничный намаз в общественный сад (тут без ковриков вообще никуда). Стрит-артисты в Шордиче у всех на глазах раскрашивают километры заборов, и никакие коммунальные службы с ними борьбы не ведут. У церкви святой Анны в гейском Сохо, на бывшем чумном кладбище, уминает ланч из коробочек гетеросексуальный офисный люд в розовых рубашках и безумных расцветок носках. А в небе над Лондоном парит огромный надувной мэр в желтом бикини: так лондонцы выражают отношение к его попыткам запретить проезд в бикини в метро. И в суд за оскорбление и экстремизм их никто не тащит.

Не могу похвастаться, что точно знаю, на каких скрепах лондонское безумие держится. И подозреваю, что никто не знает. Лондон — это даже не город, а союз сотни довольно независимых районов-деревень (в каждой — свой local council, местный совет, утверждающий, кстати, ставку местного налога). В Лондоне даже нет центра и центральной улицы в нашем понимании, зато в каждом районе — своя high street.


Фото Дмитрия Губина

Но кое-какие принципы, связанные, так сказать, с оборотом свободы в обществе, я все же отмечу.

Первый принцип — это своего рода радостно принимаемая неоимперская мультикультурность: гордость за то, что ты живешь в центре притяжения мира. Нечто похожее было в советской Москве, где встречались и таджик в полосатом халате, и украинский хуторянин в вышиванке, и кавказец в папахе: «у москвички две косички, у узбечки двадцать пять». Просто в Москве они воспринимались как гости, как имперский антураж, — а в Лондоне они и есть лондонцы. «Everyone is a Londoner» («каждый — лондонец») — такой огромный билборд встретил меня когда-то в Хитроу, и я сразу, как атлант, расправил плечи.

Когда Чарльз Боуман, лорд-мэр лондонского Сити, важнейшего делового центра планеты, говорит, что 40% бизнесменов из Сити не англичане по происхождению, он заявляет об этом с гордостью, как о цифре, превышающей средний показатель. Потому что 38% лондонцев — это «импорт». Больше всего (290 тысяч человек на 6,8 миллиона) индусов. Много поляков (178 тысяч). Далее следуют пакистанцы, бангладешцы, нигерийцы, румыны, шриланкийцы, итальянцы — всего в Лондоне 270 национальностей, говорящих на 300 языках. Когда-то были и сотни тысяч русских, и Лондон называли «Москвой-на-Темзе» — но время ушло, и соотечественники из top-10 вылетели.

Я понимаю, что слово «неоимпериализм» для объяснения работы этого котла очень неточно. Факт в том, что лондонцы гордятся своим многообразием, и к классическому чопорному англичанину из книг относятся с легкой иронией. Я прибегаю к слову «неоимпериализм», потому что сегодняшний Лондон — это и правда империя, но не насаждаемая государством, а устроенная самими лондонцами. К тому же без территориальных захватов. Они не нужны: зачем водружать флаг над колониями, если весь мир и так бежит к тебе?! Вот почему российская история с Крымом была воспринята Лондоном не просто как нарушение международных правил, но как возврат в давно ушедшие века. В XXI веке бьются не за земли, а за умы.

Второй важный принцип лондонской свободы — это постоянное сравнение себя с другими и отказ от предрассудков. Скажем, в моем языковом классе были две девочки в хиджабах: Бетул из Турции и Шеша из Кувейта. Я, признаюсь, вначале при их виде поежился. А потом к нам присоединилась сестра Умбритта из Италии — в полном католическом облачении, включая чепец-апостольник. И я подумал: а в чем, собственно, отличие? Почему меня пугает хиджаб, а апостольник — нет? Потому, что современный ислам связан с терроризмом? Ну так сегодняшняя Россия в представлении лондонца тоже связана с терроризмом: посылает в Солсбери убийц, использует оружие массового поражения, сбивает ракетами гражданские «Боинги»… Но ведь никто не шарахается при виде парня с крестом на шее или женщины в платке? Для описания таких страхов в английском существует слово «prejudice» — «предубеждение»…

Кстати, мои предубеждения окончательно меня покинули, когда мы с Бетул и Шешей решали учебную задачку: спланировать ограбление банка, но так, чтобы без жертв и насилия. И придумали, что нам нужно изобразить мусульманскую семью: муж в длинных белых одеждах и две жены, закутанные в бурки. Ну а дальше одна симулирует сердечный приступ, муж запрещает к ней прикасаться, суета, переполох, а вторая втихаря берет ключи от сейфа… Моих девушек сюжет ничуть не смутил. Как не смутило сестру Умбритту обсуждение сериала «Сайнфелд» — того эпизода, где герою подарили презервативы, оказавшиеся бракованными. При слове «condom» она не заикалась и не крестилась. А то, что я думал по поводу чужого prejudice, оказалось моим собственным предубеждением.

Третий принцип лондонской свободы — извлечение пользы из совместной жизни. Вероятно, сестра Умбритта не одобряет контрацепцию. Но в Италии она мечтает преподавать английский, а для этого ей нужен кембриджский сертификат. Чтобы его получить, надо отучиться в лондонской школе, где обсуждают любые темы из текущей жизни: от беременностей у девочек-подростков до разводов у геев. Если она откажется это обсуждать, ей придется распрощаться с мечтой.

Очень может быть, что парни из Саудовской Аравии (в моей школе их было полно) осуждают поедание лапши со свининой, а парни из Индии — говяжьих бургеров. Но если они откажутся жить в мире других ценностей, лондонский трамплин для них закроется. А меня могут раздражать в Лондоне толпы китайцев-туристов, ведущих себя как чайки на птичьем базаре, но я понимаю, что обед из китайского буфета, takeaway в бумажной коробке, — это спасение на фоне дорогущей и дико невкусной местной еды. И отношусь спокойно к тому, что рядом со мной на бывшем чумном кладбище будут ланчевать не только клерки, но и живописные бомжи, которые, если верить акройдовскому «Лондону», здесь обитают со времен Великого Пожара 1666 года.

Вариант нетерпимости к чужим нравам Лондоном тоже был опробован, но отвергнут. В 1960-х хранители английских скреп пытались навести шорох в районах Бейсуотер и Ноттинг-Хилл, в ту пору густо заселенных эмигрантами с Карибских островов. Однако в ответ получили восстание, окончившееся учреждением знаменитого ежегодного карнавала, где полуголые креолки со статью буйволиц несут на себе килограммы разноцветных перьев. Карнавал собирает больше миллиона человек, и лавочники на его пути закрывают витрины размалеванными тегами щитами (как бы чего не вышло). Но затем Ноттинг-Хилл снова превращается в буржуазный район из одноименного фильма: хоть сейчас вселяй сюда Хью Гранта и Джулию Робертс.


Фото Дмитрия Губина

Четвертый принцип свободы — решение спорных вопросов в дискуссии. При лондонском разнообразии культур и субкультур все периодически задевают друг друга локтями, и некоторые задетые всерьез оскорбляются. Десяток лет назад в Лондоне появились плакаты, на которых итальянский лавочник развесил в вагоне подземки колбасы, а подпись гласила: «Запах может нравиться не всем». Дело в том, что еда на вынос здесь обыденна и некоторые обедают прямо в метро… Итальянская община возмутилась, последовало бурное обсуждение, — но тем и завершилось.

А в этом году экс-мэр Борис Джонсон в газете «Телеграф» написал, что мусульманские женщины в бурках похожи на почтовые ящики и на грабителей банков. Что тут началось! Актер Аткинсон, он же Мистер Бин, дал отповедь в «Таймс», барон лорд Мохаммед Шейх (кениец по происхождению, видный британский политик и пожизненный пэр) заявил, что Джонсона нужно исключать из его партии, в самой партии началось расследование… Но — никаких арестов и управлений «Э». Публичное о(б)суждение важнее наказания. Поэтому мэр Лондона Садик Хан (пакистанец по происхождению), глянув на себя надувного в бикини, лишь пфыкнул, сказав, что желтый цвет ему не идет.

Пятый принцип местной свободы — поддержка слабых и ограничение власти сильных. Я хорошо помню свой первый Лондон. В наиреспектабельнейшем журнале я прочитал про рекламные доходы футболиста Бэкхема, что он «sucks a corporate cock with no gag reflex» («сосет у корпораций и не давится»). О господи, как такое возможно?! Он же подаст за оскорбление в суд!!! Но мне объяснили, что Бэкхем — человек публичный, а потому каждый имеет право безнаказанно говорить о нем все, что думает. То же самое с политиками: весь Лондон покрыт стрит-артом, изображающим Терезу Мэй или королеву в довольно ехидных видах. Это никто не запрещает. Но если так изобразят обычного Джона Смита, и он оскорбится — картинку закрасят…

Мне все эти пять принципов ужасно нравятся, хотя они — не единственная комбинация, на которой может держаться свобода. И я понимаю, что бессмысленно призывать переносить Лондон в Россию. Я просто хочу отметить, что в большом городе этот механизм может работать. Если, конечно, город претендует на то, чтобы быть столицей мира.




Дмитрий Губин
Блогер, журналист, теле- и радиоведущий, писатель
15 октября 2018, 18:14




Tags: РазмышлизМЫ, СВОБОДА
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • У ЦБ забарахлил «печатный станок»

    Банки отказались от 500 миллиардов рублей Банк России признал несостоявшимся первый из серии аукционов долгосрочного репо, в рамках которых…

  • «Кризис не закончится».

    Глава Минэкономразвития выступил против раздачи денег россиянам Фото: Александр Астафьев / POOL / ТАСС Что случилось В раздаче…

  • Кого лечит доктор Мясников?

    Каждый день произносится масса нелепостей, но именно слова про тех, кому суждено умереть от коронавируса, сработали как триггер, вызвавший бурю…

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments