storm100 (storm100) wrote,
storm100
storm100

Бить будут аккуратно, но сильно.

Россия в ожидании новых санкций


Тереза Мэй. Фото: Hannah McKay / Reuters

Развитие «дела Скрипалей» увеличит жесткость Запада. В США почти готов новый санкционный пакет

Паника на российском финансовом рынке и обвал рубля в четверг были вызваны в том числе ожиданием новых санкций со стороны Запада. В Вашингтоне в этот день проходили открытые экспертные слушания в Сенате по новым законодательным инициативам о санкциях. А вечером стало известно о совместном заявлении лидеров Великобритании, Германии, Канады, США и Франции (из «семерки» к заявлению не присоединились лидеры Италии и Японии) в поддержку выводов и последних действий Лондона в связи с инцидентом в Солсбери. Важно понять, изменило ли продвижение в расследовании «дела Скрипалей» ситуацию вокруг санкций, и чем это грозит?


От ЕС


Новый раунд санкций почти наверняка будет, но его содержание может оказаться не столь пугающим. Премьер Великобритании
Тереза Мэй в своем заявлении в парламенте говорит о необходимости создания специальных санкционных режимов ЕС в отношении применения химоружия, кибератак и нарушений прав человека, а также о необходимости распространения существующих санкций ЕС на более широкий круг лиц. Но что конкретно она имеет в виду и какие предложения последуют из Лондона, пока не понятно. Большого интереса в ЕС к расширению санкционного режима в отношении России за рамки «донбасских и крымских» санкций (этот режим и так тяжело удерживать в рамках консенсусного решения), пока не наблюдается, и времени у Лондона до реального брекзита в марте 2019 года не так много.

Возможно, речь идет о каком-то ⁠европейском аналоге американского закона 1991 года, устанавливающего режим санкций ⁠в отношении государств, применивших химическое оружие, ⁠по которому Госдепартамент в августе 2018-го ввел первый санкционный пакет ⁠в отношении России. Точное копирование американского ⁠закона маловероятно, но ⁠что-то подобное возможно, тем более что есть интерес дополнительно наказать Дамаск за применение химического оружия против своих граждан. Но это займет время. Американские санкции за химоружие уже введены в действие, ускорение графика начала второго этапа (если Россия не отреагирует на первый) маловероятно, но вот его содержание может стать более жестким после предъявления Великобританией обвинений российским гражданам. Как минимум, у президента США будет меньше возможностей применять имеющееся у него по закону право не вводить определенные санкционные меры по соображениям национальной безопасности. Ожидалось, что Дональд Трамп будет этим правом пользоваться широко, теперь ситуация изменилась, ведь будет и давление Лондона.

Мэй говорила также о каких-то специальных мерах, которые ЕС должны принять против ГРУ. Возможно, что Евросоюз введет против ГРУ свои санкции, аналогичные американским, но на практике это не будет иметь большого значения (счетов ГРУ в европейских банках, или недвижимости в странах ЕС, вероятно, не существует). Возможно, последуют еще какие-то выдворения дипломатов, но не более того. Объявления ГРУ «террористической организацией» не произойдет ни в США, ни в ЕС.


От США


Сенатские слушания в Вашингтоне
продемонстрировали две важные вещи. С одной стороны, открыто признается, что санкции не дали ожидаемого эффекта в плане изменения российской внешней политики и нанесения неприемлемого ущерба российской экономике. Как отметила бывшая заместитель помощника госсекретаря по России (в администрации Джорджа Буша-младшего) Хизер Конли, США с 2011 года ввели 58 санкционных мер по восьми основным направлениям, но при этом российская экономика остается стабильной и не испытывает серьезных трудностей, хотя и не может похвастать бурным ростом. Причинами устойчивости России к экономическому воздействию санкций называются рост цен на энергоносители, грамотная кредитно-денежная политика Центробанка, жесткая бюджетная политика Минфина и наличие новых источников финансирования со стороны Китая и государств Персидского залива.

С другой стороны, звучит вывод, что эффективность санкций можно существенно повысить, если их правильно «откалибровать» по объектам воздействия, ранжировать по уровням эскалации, заранее публично обозначив эти уровни, и применять их в тесной координации с Евросоюзом. В целом рекомендации экспертов (Дэн Фрид, бывший координатор Госдепартамента по политике санкций и автор «украинских санкций», Майкл Макфолл, бывший посол США в Москве) сводились к необходимости как-то объединить между собой два наиболее жестких законопроекта –
«Защита безопасности США от агрессии Кремля» и «Защита выборов от угроз через установление красных линий»(S.2313).

Из первого предлагается взять сам санкционный набор мер, из второго принцип их введения – заблаговременное обозначение всей эскалационной цепочки и их применение по мере нарушения Россией отмеченных в американском законе «красных линий». Как
отметил Макфол, ценность такого подхода в том, чтобы дать окружению Владимира Путина время заранее убедить его в нецелесообразности предпринимать недружественные действия в отношении США, которые могут вызвать прописанные в законе санкции. Дескать, Путин не меняет своих решений и убедить его «развернуть политику» после того, как все уже произошло, практически невозможно. «Я хорошо знаю Грефа, Костина, Шувалова – руководителей трех крупнейших госбанков, – говорил Макфол, – Мы должны вести с ними переговоры до введения санкций, а не после. Когда санкции уже введены, они не смогут повлиять на Путина. Но если Сбербанк получит предупреждение (о вероятности запрета долларовых транзакций), Грефу будет проще переубедить его». Трудно, сказать, что там известно Макфолу, но сенаторы ему понимающе кивали.

Предлагаемая цепочка эскалации в финансовой сфере
выглядит в изложении экспертов (Дэн Фрид) следующим образом. На первом месте стоит введение запрета на операции с новым российским госдолгом (похоже, это дело почти решенное). Глобальные негативные экономические последствия такого шага признаны относительно небольшими, а накладываемые им ограничения на возможности привлечения инвестиционных ресурсов российским правительством существенными, правда, с оговоркой, что потребуется специальная разъяснительная работа со странами Персидского залива, предоставляющими финансирование через вхождение в проекты РФПИ. Отключение российской банковской системы от SWIFT не предлагается как слишком дестабилизирующий шаг в отношениях с ЕС, который может помешать США в санкционной политике против Ирана. Запрет на операции с долларом для крупнейших российских госбанков предлагается обозначить как реальную возможность в линейке мер эскалации, но на первом этапе либо не трогать никого, либо ограничиться запретом для ВЭБа и «Промсвязьбанка» (далее идут Газпромбанк и РФПИ, а ВТБ и Сбербанк, видимо, оставят на высший раунд эскалации, за которым, по всей логике авторов, уже должен следовать обмен ядерными ударами). Еще одна ступень – запрет на операции с новым долгом всех российских госкомпаний.

В энергетической области предлагается избегать санкций, ограничивающих нынешний уровень производства и экспорта российских энергоносителей (прежде всего нефти) из-за опасений серьезного ценового шока на рынках и финансовой дестабилизации, которая затронет и американскую экономику, а скачок цен на нефть может увеличить валютные поступления России. Такой шаг также осложнит работу США с союзниками по ограничению закупок иранской нефти, что является более приоритетной задачей.

Содержащийся в обоих законопроектах запрет на любые крупные проекты с участием российских нефтяных компаний признан чрезмерно широким и избыточным. Предлагается развивать санкционные меры, направленные на ограничение будущей добычи нефти и газа в РФ, сдерживание освоения трудноизвлекаемых запасов, например, полный запрет для экспорта в Россию для всех новых месторождений новейших технологий гидроразрыва пласта и других технологий повышенного извлечения нефти (Enhanced Oil Recovery – EOR). А в случае эскалации конфликта с РФ распространить этот запрет и на уже действующие месторождения. На высшей ступени эскалации предлагается распространить такие же ограничения и на газодобычу, сосредоточившись на новых проектах строительства заводов СПГ в России. При этом санкции по «Северному потоку-2» Фрид назвал нежелательными для сохранения единого санкционного фронта против РФ с правительством Германии.

Самым консенсусным пунктом стало предложение обоих законопроектов расширить персональные санкции в отношении «олигархов из ближнего круга Путина» и санкций в рамках Акта Магнитского. Макфол, например, утверждал, что Виктор Вексельберг не самый близкий к Путину российский олигарх, и санкции в отношении его были введены ошибочно. Для понимания, кого в действительности стоит наказать, Макфол принес список из 12 фамилий наиболее близких, по его мнению, к Путину российских бизнесменов, но не стал его оглашать в ходе слушаний.

Фрид предложил более активно использовать так называемый «Кремлевский список», секретную версию которого готовили аналитики Национального совета по разведке – главного аналитического центра разведсообщества США. В дополнение к этому предложено запустить подготовку доклада о финансовом состоянии и личных активах Владимира Путина, который, по мнению Фрида, позволит расширить санкционный список лиц, близких к российскому президенту, а также, возможно, будет иметь эффект сдерживания решений и действий Путина. На слушаниях звучало предложение ввести санкции персонально против него, но поддержки не нашло. Больше интереса вызвали предложения обеспечить раскрытие информации о бенефициарных владельцах дорогостоящей недвижимости в Майями, Нью-Йорке и Калифорнии, привлекающей состоятельных россиян.

Все эксперты отмечали важность достаточно узкого целевого назначения санкций за конкретные «недружественные» по отношению к США действия Москвы, с тем чтобы у Белого дома сохранялась свобода действий по отмене санкций по мере устранения российской стороной причин их введения. Но примут ли эту рекомендацию сенаторы, большой вопрос.

В целом новый санкционный пакет вырисовывается как «предупреждающий и сдерживающий», то есть с отложенными мерами воздействия, и их поэтапным наращиванием, ближе к логике второго законопроекта (S.2313). Конечно, это пока только начало процесса, конечный продукт может сильно отличаться. Но очевидно, что в Вашингтоне есть понимание, что слишком масштабный санкционный «удар по площадям» скорее контрпродуктивен и может, по словам сенатора Боба Коркера, «отрезать нам самим кончик носа». Так что американцы, судя по всему, бить будут аккуратно, но сильно.




Владимир Фролов
Эксперт по международным отношениям
7 сентября, 09:02






Tags: Предчувствие большого шухера, СанкциИ
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Турецкое наступление в Сирии:

    Критический момент для политики США на Ближнем Востоке Солдаты Асада выдвигаются к турецкой границе: Дамаск заключил сделку с курдами AFP…

  • (👀)

    Личный состав МВД сократился из-за опасений реформы пенсий Сотрудники полиции испугались, что власти повысят срок необходимой выслуги лет, и…

  • МИНЮСТ ПОПРОСИЛ ЛИКВИДИРОВАТЬ ПРАВА ЧЕЛОВЕКА

    Судя по всему, решение уничтожить движение "За права человека" принято на самом высоком уровне Зачем Путин велел ликвидировать…

Buy for 20 tokens
Что вы представляете, когда слышите - город Юрмала? Сам даже представить себе не мог, что Юрмала именно такая. А что собственно о ней мог знать, что это город курорт на западе СССР, где отдыхала наша богема. Потом Юрмала отошла Латвии и туда летом приезжал КВН. Вот собственно и всё. На…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments