storm100 (storm100) wrote,
storm100
storm100

Покорность.

Как видят сегодняшнюю ситуацию российские политологи


Акция «Увы-парад для увы-патриотов» группы «Родина». Фото: Давид Френкель

Если нельзя сменить власть, надо менять оппозицию

Разговоры с Юрием Александровичем Левадой, которыми он меня иногда удостаивал, убедили меня в том, что верить надо не цифрам, а интуиции людей, знающих много цифр. На только что прошедшем Гайдаровском форуме таких людей было много. В частности, они были на круглом столе «Политические тенденции: оценки, анализ, прогноз»: Дмитрий Орешкин, Алексей Левинсон, Андрей Колесников, Денис Драгунский, Владимир Гельман, Николай Петров, Георгий Сатаров, Татьяна Ворожейкина. Веду круглый стол я. Эта статья представляет собой попытку обобщения мнения этих людей об итогах года прошедшего и ожиданий от года наступающего.

За несколько дней до заседания все участники заполняют специальную анкету. В частности, надо назвать три важнейших события прошлого года, которые в максимальной степени повлияют на ситуацию в России. В анкетах к форумам 2016 и 2017 годов при ответе на этот вопрос респонденты говорили о событиях, происходивших за рубежом, – Трамп, Сирия, Brexit, Украина. То есть судьба наша, по их мнению, зависела от того, что происходит где-то далеко, причем часто без нашего участия вообще. Россия находилась (респонденты считали, что она находится) в своего рода страдательном залоге. Сейчас же самое важное, по крайней мере для ближайшего будущего, – внутри страны.

Первое место по значимости и влиянию эксперты отдали всему связанному с Алексеем Навальным.

Речь шла о масштабе его ?кампании, об отказе ему в допуске на выборы (что респонденты считают ?одной из главных ошибок, допущенных ?властью в 2017 году), об инициированных им протестных акциях. На ?втором месте процессы Серебренникова, Белых, ?Улюкаева (опрошенные признали, что ?в данном случае для них неожиданной была жесткость приговора). На третьем с большим отрывом – отступление крайне правых в Европе или, по крайней мере, отсутствие их победы (после успеха Трампа и шокирующих результатов голосования в Великобритании многие ждали продолжения победного наступления популистов с очевидными последствиями для нас). Интересно, что результаты выборов муниципальных депутатов в Москве (почти все участники дискуссии – москвичи), а также допинговые скандалы и даже согласие России участвовать в Олимпиаде под нейтральным флагом в тройку важнейших событий не вошли. Как не вошел и продекларированный вывод войск из Сирии, хотя его и сочли самым разумным решением властей в прошедшем году.

Характеристики сегодняшнего дня были ожидаемо пессимистичны, «сердце мудрых – в доме плача». О проблеме бедности, уровень и масштабы которой не осознаются ни властными, ни оппозиционными элитами, говорила Татьяна Ворожейкина. О развертывании репрессий по отношению к «верхней тысяче» – по данным Николая Петрова, из числа 800–900 высших чиновников каждый год в тюрьму по приговору суда отправляется не менее 2%, а это, разумеется, меняет общую атмосферу «наверху», а значит, и «внизу».

Но важнее, что большинство людей и разнообразные элиты живут, по мнению участников дискуссии, в разных, не пересекающихся реальностях. Это не только более или менее европейская жизнь Москвы, с одной стороны, – и доплаты на дрова, точнее, снятие этих доплат у сельских учителей в Костромской области Великой Энергетической Державы – с другой. Речь о разных ментальных реальностях. Одни обсуждают способы влияния на легитимность выборов, а для других не существует самого этого понятия – власть для них если не от бога, то откуда-то сверху. Большинство граждан, как говорили Алексей Левинсон и Денис Драгунский, легко согласятся с тем, например, что Америка вовсе не враг, а друг – через несколько дней пропаганды этой идеи по телевизору ее начнут поддерживать столь искренне, как сегодняшнее «кругом враги». Но это же самое большинство ни за что не примет того, что власть надо выбирать – не демонстрировать лояльность участием в плебисците, а выбирать на самом деле, самим решать, кому быть главным начальником страны. В Конституции может быть написано что угодно, но люди себя источником власти не чувствуют и не хотят чувствовать.

Власть, кстати, тоже не хочет получать легитимность от народа, даже и при гарантии того, что эта легитимность будет выдана. Она предпочитает быть «от бога» – по той простой причине, что народ, наделивший легитимностью, может ее в какой-то момент и лишить. Поэтому выборы и проводятся так, как проводятся – не столько из опасений неожиданных результатов, сколько из желания сохранять существующую сакральность, при которой право властвовать в принципе не подвергается сомнению.

Почти все говорили, что в обществе накапливается агрессия, частично порождаемая жесткими действиями властей в политической и социальной сферах, частично – по причинам внутренней динамики самого общества. Она пока не слишком структурирована, у нее нет четкого объекта, нет и массовой поведенческой готовности к ее выражению. Но это та потенциальная энергия, которая рано или поздно преобразуется в кинетическую.

Интересно, что, констатируя значимость прошлогодней активности Навального для изменения ситуации в стране, наши коллеги не упоминали его, характеризуя сегодняшний день или говоря о ближайшем будущем. Тем более в этом контексте не воспринимаются в качестве действующих лиц другие оппозиционеры. Георгий Сатаров даже сказал, что, раз нельзя сменить власть, надо менять оппозицию. Возможная или желаемая политическая динамика не связывается с теми, кто выступает в качестве индивидуальных или коллективных политических акторов. Они живут какой-то своей жизнью, а изменения, которые рано или скорее поздно произойдут, от их активности зависеть никак не будут.

Прогнозы на будущее на первый взгляд далеко не катастрофичны. Ни революции, ни распада страны, сопровождаемого межобластными войнами, ни экономического коллапса, ни прочих ужасов никто не ждет – оценки вероятности этих событий в наступающем году слабо отличаются от нуля. Победит инерционный сценарий. Даже премьером после мая 2018-го останется Дмитрий Медведев. Выборы пройдут при низкой, но приемлемой для властей явке, никакая агитация на электоральное поведение граждан существенно не повлияет. Но, во-первых, вероятность инерционного сценария оценивается уже не столь высоко, как в прошлом году, – тогда было под 90%, сейчас чуть больше 60%. Есть, значит, и другие возможности. Во-вторых, эта инерционность, по мнению наших экспертов, будет сопровождаться дальнейшим закручиванием гаек и усилением точечных репрессий. Без них существующую стабильность не поддержать – об этом говорили почти все.

После 18 марта неизбежно возрастет турбулентность. К 2024 году власти должны будут либо подобрать преемника нынешнему президенту, либо провести такие изменения в системе власти, которые позволят ему остаться во главе страны. Различные группировки начнут борьбу за свои кандидатуры или за свои варианты конституционных преобразований. К этой турбулентности добавится усиление политической и гражданской активности. Политическая борьба будет уже сулить не только тюрьму или в лучшем случае популярность в сетях. В условиях поглощенности верхов борьбой друг с другом призом может стать и участие во власти. Выборы в Думу в 2021 году, например, точно не будут скучными.

Большинство наших экспертов считают, что Путин уже решил оставаться у власти и после 2024 года. По выражению Андрея Колесникова, он станет «хромой уткой» только тогда, когда сам этого захочет. Но его окончательное превращение из президента в вождя, не нуждающегося ни в каких электоральных процедурах, тоже будет требовать немалых усилий. Властям, как считают участники дискуссии, необходимо будет продолжать нагнетание напряженности – не снижать накал пропаганды, бороться с внешними и внутренними врагами и все более жестко подавлять очаги сопротивления.

Есть, правда, шанс, что элиты, теряющие ощущение безопасности внутри России и возможности комфортной жизни на Западе, попытаются воспользоваться переходным периодом, чтобы убедить президента изменить или хотя бы несколько смягчить курс. К сожалению, никто из участников дискуссии не говорил об этом варианте как имеющем шансы на успех.

Интересно, что в ходе обсуждений говорилось о грядущем возрастании не столько политической борьбы, сколько разнообразных гражданских протестов. Причем вовсе не только такого рода, как пользующиеся симпатией многих протесты дальнобойщиков, борцов с московской реновацией и т.д. Это может быть и стихийное выплескивание накопившейся агрессии. Дмитрий Орешкин предположил даже возможность распространения актов «примитивного терроризма» – не взрывов, которые даже в варианте террориста-одиночки требуют подготовки, а порчи имущества – чего-то вроде ведра солярки, которое озлобленный человек выльет и подожжет в подвале супермаркета, сам, может быть, не понимая, зачем он это делает.

Егор Гайдар любил повторять, что любая проблема имеет простое, понятное народу неверное решение. На Гайдаровском форуме это понимают многие, в том числе участники нашей секции. Поэтому, когда каждого попросили отойти от чисто аналитической позиции и сказать, а что же, по их мнению, надо сделать, они довольно быстро вышли за пределы очевидных и ожидаемых ответов типа проведения свободных выборов и обеспечения независимости суда. Ведь политическая инфраструктура разрушена настолько, что свободные выборы, например, если их понимать как выборы без жесткого контроля центра, будут контролироваться губернаторами. Результатом может быть, как заметил Дмитрий Орешкин, и возникновение совершенно диких региональных диктатур, и распад страны. То есть контроль центра необходим, но он должен касаться не требования определенных результатов, как сейчас, а гарантий свободного волеизъявления, предшествующей агитации и подсчета голосов. Но для этого у центра должно такое желание появиться, а это представляется малореальным.

Главная проблема, которую осознавали все участники, – это отсутствие каких-либо механизмов перехода от нынешнего состояния к желаемому. Любой разумный, а часто и очевидный шаг наталкивается на сопротивление незаинтересованных в нем властных структур или общественных слоев. Внутренние ресурсы для изменений отсутствуют. Денис Драгунский, например, в ответ на консенсусный тезис о приоритете формирования эффективной судебной системы предложил даже – никто и не понял до конца, в шутку это было или всерьез, – завозить к нам судей из-за рубежа для работы тут вахтовым методом, но не более полугода, чтобы не успевали обрасти коррупционными связями. Но кто отдаст соответствующее распоряжение?

Ждем, в общем, марсиан!





Леонид Гозман
Президент фонда «Перспектива»
23 января, 07:00



This entry was originally posted at https://personalviewsite.dreamwidth.org/4498479.html. Please comment there using OpenID.

Tags: #мечты и реальность, МНЕНИЯ, ОБЩЕСТВО, ОппозициЯ
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo nemihail 20:00, yesterday 121
Buy for 20 tokens
Как в Аэрофлоте продолбали все полимеры. Фото: Яндекс Картинки Меня, как и многих, до глубины души затронула история с котом Виктором, которому запретили лететь в салоне вместе с его хозяином. Аэрофлоту, конечно, виднее, но я поражаюсь, как пиарщики этой компании бездарно продолбали…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments