storm100 (storm100) wrote,
storm100
storm100

Category:

Российская внешняя политика в 2017 году не принесла явных успехов

Разработка Трампа, тупик в Донбассе, дорогая победа в Сирии, отступление в Азии



Владимир Путин и Дональд Трамп во время саммита АТЭС во Вьетнаме. Фото: Mikhail Klimentyev / Kremlin / Sputnik

Владимир Путин в ходе своей ежегодной пресс-конференции уделил немного времени внешней политике, хотя по его реакции было видно, что именно эта часть работы на президентском посту пока еще сохраняет для него интерес. Тем не менее по набору внешнеполитических тем, которые были подняты, и развернутости его ответов можно судить как об основных итогах российской внешней политики в 2017 году, так и планах на 2018-й.

В последнее время принято считать, что после президентских выборов в марте 2018-го начнется новый цикл в российской внешней политике, в котором следует ожидать пересмотра подходов к ее основным направлениям. Возможность «сценария перемен» всегда существует. Но заявления Путина на пресс-конференции и жесткий доклад министра иностранных дел Сергея Лаврова в ходе правительственного часа в Совете Федерации пока не дают оснований для таких выводов.

Российская внешняя политика в 2017 году вращалась вокруг четырех основных сюжетов: отношения с США и Западом в целом, Украина и военный конфликт в Донбассе, война в Сирии и российское возвращение на Ближний Восток, северокорейский кризис и отношения с Китаем и Японией. Эти же сюжеты останутся центральными и в 2018 году. Особняком стоит соглашение между Россией и ОПЕК об ограничении добычи нефти, имевшее большое внутриполитическое значение (оно позволило наполнить бюджет через стабилизацию цен на нефть на комфортных уровнях), но до конца или даже до середины 2018 года оно прекратит действовать.


США


В отношениях с США была ⁠утрачена стратегическая инициатива на фоне транзита власти и острого внутриполитического ⁠кризиса в Америке. Однако Путину удалось ⁠сохранить надежду на улучшение отношений в результате дальнейшей «персональной работы» с ⁠Дональдом Трампом в условиях, когда свобода ⁠действий последнего на ⁠российском направлении сильно ограничена скандалом вокруг российского вмешательства в президентские выборы, новым жестким санкционным законодательством и сдержанным отношением к Москве внешнеполитической команды Трампа. При общем нарастании градуса конфронтации пока все же удалось избежать такого обмена ударами, за которым ущерб отношениям становился бы необратимым. Масштабное сокращение персонала американских диппредставительств в РФ и закрытие российского генконсульства в Сан-Франциско (как и невозвращение Трампом российских посольских дач), конечно, весьма болезненны для разведывательных операций сторон друг против друга, но все же это не горячий конфликт.

Тем не менее в 2018 году обмен «санкционными ударами»
продолжится в связи с вступлением в силу 31 января Закона о противодействии врагам США через санкции. Он предусматривает возможность расширения охвата санкциями новых секторов российской экономики и российского госдолга, блокирование новых энергетических проектов и экспортных газопроводов, вторичные санкции на «существенные сделки» с предприятиями российского ВПК. Позиция администрации Трампа на блокирование строительства газопровода «Северный поток – 2» обозначена с предельной четкостью.

Расширение охвата санкций произошло в 2017 году и в связи с ситуацией вокруг обвинений США в нарушении Россией Договора о ракетах средней и меньшей дальности. Этот сюжет будет источником конфликта весь 2018 год, и обе стороны, похоже, готовятся к выходу из Договора, спеша возложить ответственность за это друг на друга.

Главной же неприятностью, уже сегодня вызывающей панические настроения в российской элите, станет раздел 241 упомянутого закона, требующий от администрации Трампа так называемого
«кремлевского списка»– «наиболее влиятельных политиков и олигархов в Российской Федерации в зависимости от их близости к режиму и размера их состояния». Речь идет о постепенном переносе акцента в санкционной политике с секторальных экономических ограничений, наносящих удар по экономике и всем гражданам России, на персонифицированные ограничения в отношении небольшого круга российской элиты и членов их семей. Смысл в том, чтобы обеспечить международную изоляцию наиболее приближенных к Путину людей в расчете на раскол элит и ослабление поддержки власти. Насколько реалистичны эти ожидания – отдельный вопрос, но очевидно качественное наращивание санкционного давления на Москву. Предполагается, что в «кремлевском списке» будет семь категорий политиков и бизнесменов, включая «золотых детей», но сам список будет небольшим – 40–50 человек (кошмарные прогнозы о тысячах и десятках тысяч не более чем провокация). При этом санкции могут и не вводиться, но само присутствие в таком списке фактически равнозначно отключению от американской и европейской банковской системы.

Москва недооценила негативные последствия российского вмешательства в американские выборы для дальнейшего развития отношений (скорее всего, такого анализа на межведомственном уровне не было сделано вообще). Новые санкции приняты Конгрессом именно как ответ на российское вмешательство, и оно определено Вашингтоном сегодня в качестве одного из двух главных препятствий для нормализации отношений (второе – Украина). Без их устранения ослабление санкций невозможно. Москва тем не менее продолжает ошибочно считать, как сигнализируют
американские спецслужбы, что операция по вмешательству была исключительно успешной как акция влияния и, даже если Трамп пока не может самостоятельно развернуть американскую политику в выгодном России направлении и снять санкции, острейший политический кризис в США и хаос, в который Трамп погружает свою страну и ее отношения с союзниками, работают на интересы Москвы, а с самим Трампом можно продолжить работать.

Последнее как раз Путин и делает достаточно успешно. Их первая личная встреча с Трампом на саммите «двадцатки» в Гамбурге в июле и краткий контакт «на ногах» на саммите АТЭС во Вьетнаме (полноформатная встреча, запрошенная самими американцами, была ими же и сорвана из-за невозможности договориться по северокорейской ядерной программе) показали, что на Трампа можно легко влиять, играя на его нарциссизме и восприимчивости к лести. Кремль взялся внимательно читать твиттер Трампа, и Путин на пресс-конференции мог комплиментарно ретранслировать главные месседжи американского президента («российское вмешательство в выборы» выдумано демократами, чтобы оправдать свое поражение и лишить победу Трампа легитимности). Трамп мгновенно ответил на это телефонным звонком.


Звонок Путина Трампу с благодарностью ЦРУ за упреждающую информацию, позволившую предотвратить теракт в Санкт-Петербурге, – это экстраординарный шаг. Такой обмен информацией между спецслужбами не принято предавать огласке (прежде всего из опасений расшифровки источников), и ЦРУ, разумеется, санкции на огласку российской стороне не давало (по стандартному протоколу ЦРУ предоставляет информацию о готовящихся терактах даже странам – противникам США, например Ирану). Но Путин обнародовал эту информацию (создав когнитивный диссонанс с российским ТВ, где ЦРУ – это партнер и союзник запрещенного в России ИГИЛ), чтобы создать позитивный фон для Трампа, подтвердить правильность его призывов к тесному сотрудничеству с Россией. Эта цель была достигнута – ответ Белого дома, судя по эмоциональности текста, диктовал лично Трамп. Владимир Путин как настоящий «оперативник в Кремле» (термин советника Трампа по России Фионы Хилл) лично ведет оперативную разработку самого информированного и влиятельного источника в мире – президента США. Пожелаем ему в 2018 году завершить ее «конкретным результатом».


Украина


К середине 2017 года ситуация вокруг урегулирования в Донбассе и реализации Минских соглашений окончательно зашла в тупик. Стратегический смысл всей донбасской эпопеи был утрачен, ведь даже при буквальном выполнении Минских соглашений Москва не получала главного – контроля над внешней и оборонной политикой Киева, свободой выбора Украиной своей геополитической ориентации. Максимум, на что можно было рассчитывать, – это на два десятка подконтрольных РФ депутатов Верховной рады, не имеющих какого-либо влияния на внешнюю политику страны. Нарастала угроза новых западных санкций в связи с отсутствием прогресса в прекращении боевых действий.

В этих условиях в Москве возобладало здравое стремление перехватить инициативу и приоткрыть дверь для полноценного урегулирования и либо выхода России из Донбасса без потери лица, либо для долгосрочного замораживания конфликта по Приднестровскому сценарию.
Именно так на Западе была воспринята инициатива Путина о привлечении миротворческого контингента ООН для охраны миссии наблюдателей ОБСЕ в Донбассе. При некоторой гибкости в определении мандата такой миссии (обеспечение безопасности и организация свободных выборов) в сопряжении с четким графиком параллельной реализации Киевом политических аспектов Минских соглашений открывается путь к достойному выходу России из донбасского тупика и быстрому снятию наиболее тяжелых секторальных санкций ЕС и США. Именно полноценное урегулирование в Донбассе выдвинуто Вашингтоном и Брюсселем в качестве главного условия нормализации отношений с Россией, и добиться прогресса здесь при желании можно достаточно быстро.

Пока Москва блокировала возможность расширения мандата миротворческой миссии ООН в Донбассе, рассматривая свою инициативу как способ выиграть время до прояснения внутриполитической ситуации на Украине и наращивания давления Запада на Киев по имплементации политического трека Минска-2. Но в ходе своей пресс-конференции
Путин неожиданно заявил, что Россия не против того, чтобы «поставить под международный контроль эту территорию», но для этого «киевским властям нужно договариваться с самим Донбассом». Является ли эта фраза, на которую СМИ не обратили внимания, просто оговоркой или же сигналом о важном изменении в российской позиции, открывающем путь к полноценной миротворческой миссии, урегулированию в Донбассе и нормализации отношений с Западом, станет понятно в 2018 году.


Сирия


В 2017 году Москва завершила основную часть военной операции в Сирии и сфокусировала усилия на достижении политического урегулирования. И это может стать гораздо более сложной задачей. Большой дипломатической удачей Москвы считалось формирование астанинского формата урегулирования с участием Турции и Ирана, ключевых «игроков на земле» в Сирии, с маргинализацией США, ЕС и стран Залива как участников урегулирования. Но к концу года выяснилось, что астанинский формат работает только в российском телевизоре – почти все принятые в его рамках решения, в частности по созданию зон деэскалации, были торпедированы режимом в Дамаске и его иранскими союзниками. Из всех зон деэскалации работает только одна – на юго-западе, созданная совместно с США и Иорданией вне астанинского формата. В других местах – Восточная Гута, Идлиб, Хомс – Россия стала заложницей провокаций сирийского режима, стремящегося к полной военной победе над оппозицией под прикрытием астанинского формата. По мере усиления позиций Асада в результате успешной российской военной операции влияние Москвы на режим в Дамаске ослабевало, росло лишь влияние Ирана, который и стал главным бенефициаром «победы русского оружия».

В Москве понимают бесперспективность «войны до победного конца» в Сирии и стремятся выйти на реальное политическое урегулирование, предполагающее допуск к власти оппозиции на основе тщательного баланса между различными конфессиональными и этническими группами в Сирии. Такое настоящее урегулирование необходимо Москве для международной легитимации своего вмешательства в сирийский конфликт и международной донорской поддержки послевоенной реконструкции Сирии, без которой «сирийский гамбит» превращается для Москвы в неподъемный набор обязательств. Но сможет ли Кремль
преодолеть жесткое сопротивление режима Асада, у которого более нет никаких стимулов договариваться о транзите власти, но сохраняется полная поддержка со стороны Ирана, большой вопрос. В 2018 году главным риском и вызовом станет угроза девальвации российской военной победы в Сирии коллапсом политического урегулирования.


Северная Корея, Китай и Япония


К концу 2017 года возникла угроза маргинализации России в урегулировании острейшего международного кризиса вокруг северокорейской ядерной и ракетной программы. Москва отказалась от выработки собственного плана урегулирования, встроилась в фарватер Китая, поддержав его пропагандистскую инициативу «двойного замораживания» (ракетно-ядерных испытаний КНДР и американо-южнокорейских военных учений). Возникли странные иллюзии, что появление у КНДР потенциала ядерного сдерживания США будет ограничивать американское влияние в регионе и спровоцирует ослабление оборонительных союзов США с Японией и Южной Кореей. При этом сам Пекин, за спиной Москвы,
пошел на обсуждение с США планов действий по захвату северокорейского ядерного оружия в случае коллапса режима в Пхеньяне. Риски позиционирования в качестве младшего партнера Пекина в де-факто военном альянсе с Китаем, ограничивающем свободу маневра России в АТР, стали проступать все более отчетливо.

Впервые Путиным публично
обозначена цена подписания мирного договора с Японией с передачей двух островов Южных Курил – отказ Японии от распространения на эти острова действия Договора безопасности с США и неразмещение там американских военных баз. Это неприемлемо для Токио, но еще какое-то время стороны продолжат делать вид, что работают над мирным договором, хотя эта цель уже, видимо, недостижима.

* * *

2017 год завершается появлением подобия
общественной дискуссии по вопросам внешней политики, смысл которой сводится к обсуждению необходимой коррекции в тактике и пиар-сопровождении, но не в стратегических целях российской внешней политики. Пока ее ведут между собой молодые международники, а не кандидаты в президенты, как это положено в ходе президентской избирательной кампании. Но и это лучше, чем ничего.




Владимир Фролов
Эксперт по международным отношениям
20 декабря, 07:00




This entry was originally posted at https://personalviewsite.dreamwidth.org/4369930.html. Please comment there using OpenID.

Tags: АналитикА, Великий Пу, ГеополитикА, ИтогИ
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo nemihail 19:00, yesterday 68
Buy for 20 tokens
Заказчиков выступал никто иной, как российские спецслужбы. Это их почерк Фото: Яндекс Картинки (Киев) "Убийство Шеремета было совершено с целью дестабилизировать ситуацию". Всем желающим показали кадры с камеры видеонаблюдения, на которых запечатлены убийцы журналиста. Ими…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments