У России две спецоперации для своих граждан.

© Игорь Поночевный#aleshastupin


Одна – для «народа». Их вылавливают по домам, загоняют в военкоматы и казармы, дают ржавые автоматы и отправляют мерзнуть в окопы. Они умирают тысячами, еще больше – становятся инвалидами. Многие из них даже не успели задуматься на тему что это было и ради чего, как оказались в черных полиэтиленовых пакетах. А кого-то не смогли собрать даже по частям. Другие долго смотрели телевизор и поехали, как они считали, сознательно, «мочить укропов». Теперь их родственники ездят на белых «Ладах», а кто-то встретился с перспективой кормить пожизненно с ложечки вернувшегося без рук бывшего кормильца.

Другая спецоперация – для элит. Война туристическая, показательная, в режиме постмодерна. В ней есть место драме и умеренному страданию. У каждого участвующего – конкретная цель, советы пиарщиков и политтехнологов по ее достижению. Обычно она сводится к тому, чтобы прослыть патриотом. Выезжать на передовую – не обязательно. Главное – образ. Рогозин с осколком из какого-то места, губернатор Старовойт в лагере подготовки наемников ЧВК «Вагнер», Пригожин с кувалдой, Чичерина с перекошенным лицом, Петросян на Голубом огоньке, Кириенко в бронежилете, бушующий в телеграмме Медведев, депутаты в разведке – сплошные маски и карнавал. Святочные фронтовые гуляния.

Пока одни умирают – другие научились на смертях зарабатывать, строить карьеру, улучшать свою жизнь. Питающиеся из государственной кормушки профессиональным чутьем уловили эманации, сменили костюмы на камуфляж, освоили терминологию и создали из спецоперации себе новую зону комфорта. Им в ней уже стало уютно. Главное, чтобы «народ» не подводил. Не сбежал в Казахстан, Грузию или просто в тайгу, а прилежно пополнял ряды идущих гибнуть в окопах. Чтобы Путин, Медведев, Петросян или кто-то другой могли поднять свой бокал, наполненный Moët, выпить, смахнув слезу, за героев.

Малюта Скуратов
Jan 8 at 23:30